Пришёл сентябрь и, как ни странно,
отмыл до скрипа небеса.
Отправил облачных баранов
пастись над полем. И лиса
воротником чудным свернулась
на горизонте - рыжий шар,
и греет, греет мир наш снулый...
В нём люди-рыбы не спешат,
и очень медленно, как будто
сквозь толщу вязкую, гребут,
и небо видится им сдутым
воздушным шариком...
А тут
лиса, барашки, синь без края -
расправить плечи и вдохнуть,
и кулаки разжать, и, каясь,
простить обиды. На весну
надеяться всю зиму, строя
то крепость, то снеговиков.
И, взявшись за руки по трое,
в слегка безбашенном настрое
идти в далёко-далеко...
Пришёл сентябрь и, как ни странно,
отмыл до скрипа небеса...
... и дует кто-то нам на раны,
хотя смертельно ранен сам.
На раздробленной ноге приковыляла,
У норы свернулася в кольцо.
Тонкой прошвой кровь отмежевала
На снегу дремучее лицо.
Ей все бластился в колючем дыме выстрел,
Колыхалася в глазах лесная топь.
Из кустов косматый ветер взбыстрил
И рассыпал звонистую дробь.
Как желна, над нею мгла металась,
Мокрый вечер липок был и ал.
Голова тревожно подымалась,
И язык на ране застывал.
Желтый хвост упал в метель пожаром,
На губах - как прелая морковь...
Пахло инеем и глиняным угаром,
А в ощур сочилась тихо кровь.
1916
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
