Гениальность – явление не столь редкое, как это нам порой кажется, хотя и не такое частое, как считают историки литературы, историки стран, а тем более газеты
Отвыкла от тебя. Молчания уют,
который раньше был, пропал куда-то.
На небе перерыв и справок не дают,
как дальше жить с таким... невиноватым.
И маетно с тобой, и в общем всё равно,
что рядом ты - одумался, приехал.
Мой суетливый май, как Белоснежкин гном,
накинув фартук вытертый в прорехах,
идёт сажать во двор ромашковый ковёр,
развешивать на вишни тюль цветочный,
а у меня внутри как будто кто-то стёр
историю о нас с тобой. Ни строчки
не пишется теперь, ну так, о том, о сём -
как уезжал легко и бессловесно,
красивый новолюб, счастливый новосёл.
Всё новое, а в старом как-то тесно...
Мой суетливый май закончит все дела,
я с ним сбегу под стон о нашем прошлом.
И буду пить в кафе горячий шоколад,
и гладить приблудившуюся кошку.
В минуты музыки печальной
Я представляю желтый плес,
И голос женщины прощальный,
И шум порывистых берез,
И первый снег под небом серым
Среди погаснувших полей,
И путь без солнца, путь без веры
Гонимых снегом журавлей...
Давно душа блуждать устала
В былой любви, в былом хмелю,
Давно понять пора настала,
Что слишком призраки люблю.
Но все равно в жилищах зыбких —
Попробуй их останови! —
Перекликаясь, плачут скрипки
О желтом плесе, о любви.
И все равно под небом низким
Я вижу явственно, до слез,
И желтый плес, и голос близкий,
И шум порывистых берез.
Как будто вечен час прощальный,
Как будто время ни при чем...
В минуты музыки печальной
Не говорите ни о чем.
1966
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
