Грека рака изловил
И на радостях решил,
Что на весь знакомый мир
Учинит сейчас же пир.
Но из омута тут щука
Выплывает, вот так штука,
Открывает грозно рот,
Говорит: «Что за народ!
Ты со мной, брат, не шути.
Рака в реку возврати».
Кенгуру
Возле дома, на углу,
Объявился кенгуру.
Соляным столбом маячит,
То ль смеется, то ли плачет.
Может, он тут очутился
От того, что заблудился,
В зоосад попасть не смог…
Или всё наоборот:
Опостылел зоосад –
Он теперь свободе рад.
Нет, никак не разберу,
Что случилось с кенгуру.
Про веснушки
А у Насти хохотушки
На лице горят веснушки.
И однажды ей сосед,
Хитроватый старый дед,
Говорит серьезно очень,
А не так, чтоб между прочим:
«Если меньше хохотать,
Скоро будут пропадать
Конопушки на лице -
Станешь ты тогда, как все».
В кварталах дальних и печальных, что утром серы и пусты, где выглядят смешно и жалко сирень и прочие цветы, есть дом шестнадцатиэтажный, у дома тополь или клен стоит ненужный и усталый, в пустое небо устремлен; стоит под тополем скамейка, и, лбом уткнувшийся в ладонь, на ней уснул и видит море писатель Дима Рябоконь.
Он развязал и выпил водки, он на хер из дому ушел, он захотел уехать к морю, но до вокзала не дошел. Он захотел уехать к морю, оно — страдания предел. Проматерился, проревелся и на скамейке захрапел.
Но море сине-голубое, оно само к нему пришло и, утреннее и родное, заулыбалося светло. И Дима тоже улыбнулся. И, хоть недвижимый лежал, худой, и лысый, и беззубый, он прямо к морю побежал. Бежит и видит человека на золотом на берегу.
А это я никак до моря доехать тоже не могу — уснул, качаясь на качели, вокруг какие-то кусты. В кварталах дальних и печальных, что утром серы и пусты.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
