Лишь выплакав весь воск, кончается свеча,
И то же происходит с человеком,
Когда в нём иссякает жизнь, для всех звуча
Коротким, одиноким саундтреком.
Наступит время, лопнет и моя струна,
Но до тех пор, пока она живая,
Не покидает инструмента гриф она,
Мир звуков с сердцем трепетным сшивая.
Я ранен в душу и, сдаваться не спеша,
Держусь за кровоточащую рану.
Не столько рана эта, сколько тьма страшна,
Но я на свет надеюсь, вот что странно.
Боюсь прерваться я скольжением пера
По белому листу, но слишком поздно
Мечтать хоть каплю смысла выжать и пора
У Бродского припомнить: "Скоро, Постум..."
Лишь выплакав весь воск, кончается свеча;
Становится неважным чувство бега
Для сердца, что слабеет, больше не стуча,
И этот миг последний дольше века.
Мне не хватает нежности в стихах,
а я хочу, чтоб получалась нежность —
как неизбежность или как небрежность,
и я тебя целую впопыхах,
о муза бестолковая моя!
Ты, отворачиваясь, прячешь слезы,
а я реву от этой жалкой прозы
лица не пряча, сердца не тая.
Пацанка, я к щеке твоей прилип —
как старики, как ангелы, как дети,
мы станем жить одни на целом свете.
Ты всхлипываешь, я рифмую «всхлип».
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
