Из слов случайных
к исходу дня
в тетрадку тайно
впиши меня.
Учи на память,
вперёд веди,
неси как знамя,
тверди, тверди,
как заклинание
от бед и ссор,
как покаяние
за всякий вздор,
пока твой голос
на век не стих…
Я наг, я голый,
я – сон, я – стих!
Да , покарание это плохо. Если не «покаяние», то « как будто кару» - не?
Понятно что ещё и заклинание придётся менять, но и заклинанЬе это тоже не айс.
Иногда стихи и есть кара. Бывает они убивают поэта. Как убили Мандельштама...
Показалось противоречивым наличие в рамках одного завета "тайно впиши" и "неси как знамя". Хотя, с другой-то стороны, почем знать, какие невидимые знамена развеваются над головами идущих навстречу прохожих... А вообще - мощно, ритмично, эпично, цепляет.
до 35 лет я стихи вообще только в стол и писал, что не мешало мне их твердить (себе под нос, правда) и нести, как знамя с ощущением того, что они (стихи) вырывают меня из моего провинциального быта только тем, что д и приходят ко мне... А тайно впиши - это мнение окружающих, мол, нормальный мужик, а какую-то непонятную ерунду пишет...
Можно, конечно, попридираться. Например, заговор - ударение на первом слоге, то есть слово или выпадает из ритма или неправильно читается. Или зачем после наг писать голый, если это синонимы. Выходит, зачем-то придается особая важность наготе, раз дважды повторяется одно и то же. Но в целом хорошая работа.
Это подчёркивание... Как в анекдоте: Пьяный конферансье объявляет:
- А сейчас сионист Пидоров... Тьфу. Пианист Сидоров исполнит сонату Бетховена без ансамбля.
Сам бля! Во бля!
Шучу. Про "заговор" -нужно подумать, на ударении лохонулся.
Хорошо, только вы, пожалуйста, ля и прочее забивайте многоточиями. Комментарии - это не текст произведения. Здесь нельзя оправдать неформат художественной необходимостью.
ОК! Кстати, стих я поправил.
чтобы не было масло масленное можно написать:
Я сон, я голый,
я – крик, я – стих!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Наверно, я погиб: глаза закрою — вижу.
Наверно, я погиб: робею, а потом —
Куда мне до нее — она была в Париже,
И я вчера узнал — не только в нем одном!
Какие песни пел я ей про Север дальний! —
Я думал: вот чуть-чуть — и будем мы на ты, —
Но я напрасно пел о полосе нейтральной —
Ей глубоко плевать, какие там цветы.
Я спел тогда еще — я думал, это ближе —
«Про счетчик», «Про того, кто раньше с нею был»...
Но что ей до меня — она была в Париже, —
Ей сам Марсель Марсо чевой-то говорил!
Я бросил свой завод, хоть, в общем, был не вправе, —
Засел за словари на совесть и на страх...
Но что ей от того — она уже в Варшаве, —
Мы снова говорим на разных языках...
Приедет — я скажу по-польски: «Прошу пани,
Прими таким, как есть, не буду больше петь...»
Но что ей до меня — она уже в Иране, —
Я понял: мне за ней, конечно, не успеть!
Она сегодня здесь, а завтра будет в Осле, —
Да, я попал впросак, да, я попал в беду!..
Кто раньше с нею был, и тот, кто будет после, —
Пусть пробуют они — я лучше пережду!
1966
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.