Мои отец Василий Тимофеевич (1959) и мама Любовь Андреевна (1976)
___________________________________________________
... раскаялся Господь
что создал человека на земле
и сказал Господь
истреблю с лица земли человеков
которых я сотворил
семь смертей тому назад
погиб под бомбёжкой
мой прадед Степан
шесть смертей тому назад
на второй мировой войне
пропал без вести
мой дед Андрей
пять смертей тому назад
в эпоху хрущёвской оттепели
совсем молодым умер
мой отец Василий
четыре смерти тому назад
в безвременье брежневского застоя
скоропостижно скончалась
моя мама Люба
три смерти тому назад
накануне чернобыльской трагедии
отправилась в мир иной
моя бабушка Феня
две смерти тому назад
в нулевые годы нового века
оставила меня жена Ирина
Не думай обо мне, о смерть моя!
О смерть моя, не думай обо мне!
а ещё сказал Господь
вы все – будущее того света
ИЗ КНИГИ "ВРЕМЯ ПОВЗРОСЛЕЛО".
__________________________________
По волнам памяти
Умерла моя вечность, и я её отпеваю.
Прости, Господь, что умер я так мало!
Сколько раз я по этой дороге
Возвращался с чужих похорон…
Сесар Вальехо
*
Хочется вернуться в 2000 год,
Когда ещё жива жена Ирина.
Она затеяла ремонт квартиры,
Каждый день возвращаюсь в разрушенные стены
После трудового дня усталый, как чёрт,
А надо двигать мебель; нарезать и клеить обои.
Мир семейной жизни пахнет краской… Ничего хорошего,
Но так хочется вернуться и что-то сделать ещё для жены…
*
Хочется вернуться в 1980 год,
Когда ещё жива бабушка Феня.
И она провожает меня на автобус,
На прощанье долго машет сиротливо рукой.
Хочется вернуться, обнять и поцеловать ее одиночество.
*
Хочется вернуться в 1975 год,
Когда ещё жива мама Люба.
Она прислали мне, студенту, 300 рублей.
А я из гордости – сам обойдусь – вернул деньги обратно.
Вскоре мама умерла с невысказанной обидой на меня.
Хочется вернуться и потратить эти деньги
На поездку к маме…
*
Хочется вернуться в 1959 год,
Когда жив ещё мой отец.
Мама, угрожая ремнём,
Ругает меня за мои проказы,
А папа Вася мужественно защищает.
Но, не в силах сдержать мамин гнев,
Решительно уводит меня кушать мороженое.
Так хочется вернуться и снова пройтись по городу,
Держась за тёплую отцовскую руку.
*
Хочется вернуться в 1 мая 1955 года.
Все ещё живы и рады моему рождению.
А мне ещё некуда спешить,
И незачем доказывать себя другим…
Меня любят только за то,
Что я появился на белый свет…
*
Но лучше всего вернуться в 1952 год,
Когда папа и мама не знакомы…
Настанет момент (а он непременно настанет), когда захочется вернуться в первое мая 2025 года, когда живы еще те, кого однажды не станет, и есть те, кого однажды будет не хватать и по ком станем скучать. Поэтому с некоторых недавних пор стараюсь жить так, будто уже вернулся из мглы грядущей в свет текущий. С юбилеем, Владимир!
Спасибо, marko, что вспомнили!
Если смерти - то мгновенной!
Очень интересно! Я бы сказала - масштабно!
У Вас юбилей? Поздравляю! Здоровья и счастья с детьми и внуками!
И, конечно, новых интересных творческих экспериментов!
Спасибо, Rusalka! Главное - дожил!
С юбилеем!
Спасибо!
Из всех
необходимых
в старости дел —
я теперь лучше всего
лечусь, сплю и ем!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
За примерное поведение
(взвейся жаворонком, сова!)
мне под утро придёт видение,
приведёт за собой слова.
Я в глаза своего безумия,
обернувшись совой, глядел.
Поединок — сова и мумия.
Полнолуния передел.
Прыг из трюма петрова ботика,
по великой равнине прыг,
европейская эта готика,
содрогающий своды крик.
Спеси сбили и дурь повыбили —
начала шелестеть, как рожь.
В нашем погребе в три погибели
не особенно поорёшь.
Содрогает мне душу шелестом
в чёрном бархате баронет,
бродит замком совиным щелистым
полукровкою, полунет.
С Люцифером ценой известною
рассчитался за мадригал,
непорочною звал Инцестою
и к сравнению прибегал
с белладонною, с мандрагорою...
Для затравки у Сатаны
заодно с табуном и сворою
и сравненья припасены...
Баронет и сестрица-мумия
мне с прононсом проговорят:
— Мы пришли на сеанс безумия
содрогаться на задний ряд.
— Вы пришли на сеанс терпения,
чёрный бархат и белена.
Здесь орфической силой пения
немощь ада одолена.
Люциферова периодика,
Там-где-нас-заждались-издат,
типографий подпольных готика.
Но Орфею до фени ад.
Удручённый унылым зрелищем,
как глубинкою гастролёр,
он по аду прошёл на бреющем,
Босха копию приобрёл.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.