Не говори "Прощай" мне на прощанье -
И так невыносимый груз в груди!
Лишь улыбнись... оставь воспоминанье -
Свою улыбку... тихое "Прости",
Лишь блеск слезы, как-будто бы от ветра,
Губы надкусанной трагичное крыло...
Не говори "Прощай" - пусть будет вера,
Что скоро встреча и не все прошло!
И что сказать, чтобы не быть банальной,
Ведь о Любви все сказано давно,
Любовь и Смерть, сплелись инь-янем, тайной,
Слились, как яд и сладкое вино.
Джульетта! Где тебе взять силы!-
Прозрение тебя не подвело -
Почудилось, что на краю могилы,
Ромео милого поникшее чело.
Всесильно ясновиденье влюбленных,
Но, если на Земле не встречу вновь -
Тебя найду в аду иль окрыленным
В раю - укажет путь Любовь!
Любовь и Смерть - две силы, два признанья,
Любовь и Смерть сплелись клубком в одно,
Любовь и Смерть две силы отрицанья,
Смерть, подожди! - Любви я пью вино!
Не говори "Прощай" мне на прощанье,
И так застыло все от ужаса в груди,
Скажи мне только тихо: "До свиданья", -
Я верю, будет встреча впереди!
Не похоже на Антонова. Более мрачно чем у него. Представил сразу Антонова в макияже Элиса Купера), поющего о загробной любви.) Мне нравятся мрачные образы.
Когда "варишься" в материале "Ромэо и Джульетты" невольно возникает эта тема. Я ставила свои композиции по пьесе, играла Джульетту. Мало кто откажется от жизни без любимого человека. Смерть любви на взлете! Отчаянная, всепоглощающая любовь при разрыве ведет к смерти. И после смерти встреча неизбежна. Об этом хотела сказать в этом стихе. Видимо, народу такая тема не близка) Меня волнует. Пережить расставание, как пережить смертельную болезнь - легче, наверное, умереть)
Это ладно Элиса Купера, а если Варга Виркенеса?)))
Запоминающийся образ.)))
Кто такой? Почему не знаю? В законе?)))
Пойду в ютуб посмотрю)
Ох, ну посмотри, посмотри:)
Надо ли?)))
Варг в законе)))
Вот огонь-шутка)))
Сергей(СК), скоро мой стих уйдет в небытие, а Вас все нет и нет...)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Меня преследуют две-три случайных фразы,
Весь день твержу: печаль моя жирна...
О Боже, как жирны и синеглазы
Стрекозы смерти, как лазурь черна.
Где первородство? где счастливая повадка?
Где плавкий ястребок на самом дне очей?
Где вежество? где горькая украдка?
Где ясный стан? где прямизна речей,
Запутанных, как честные зигзаги
У конькобежца в пламень голубой, —
Морозный пух в железной крутят тяге,
С голуботвердой чокаясь рекой.
Ему солей трехъярусных растворы,
И мудрецов германских голоса,
И русских первенцев блистательные споры
Представились в полвека, в полчаса.
И вдруг открылась музыка в засаде,
Уже не хищницей лиясь из-под смычков,
Не ради слуха или неги ради,
Лиясь для мышц и бьющихся висков,
Лиясь для ласковой, только что снятой маски,
Для пальцев гипсовых, не держащих пера,
Для укрупненных губ, для укрепленной ласки
Крупнозернистого покоя и добра.
Дышали шуб меха, плечо к плечу теснилось,
Кипела киноварь здоровья, кровь и пот —
Сон в оболочке сна, внутри которой снилось
На полшага продвинуться вперед.
А посреди толпы стоял гравировальщик,
Готовясь перенесть на истинную медь
То, что обугливший бумагу рисовальщик
Лишь крохоборствуя успел запечатлеть.
Как будто я повис на собственных ресницах,
И созревающий и тянущийся весь, —
Доколе не сорвусь, разыгрываю в лицах
Единственное, что мы знаем днесь...
16 января 1934
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.