да что такое-то, ёлки-палки
хрень какая-то, честное слово,
представь:
я проснулся,
я президент,
я — Галкин!
рядом Алла Борисовна Пугачёва.
и я втираю в себя идеи,
за которые кто-то жить и умирать должен.
просыпаюсь и думаю:
who я?
где я?
потолок кровит и сочит ложью.
могут всё короли и демоны
(особливо подкасты Виндзоров)
кто мы есть и для чего нас сделали,
и зачем нас выпустили из телевизора?
заберите взад!
остудите разум
мой, и прочих, местных, из мордора.
ведь мир прочухается, и пусть не сразу,
но гарантированно даст в морду вам.
и если будущее обсценно,
а прошлое даже не нарисовано:
переодеваюсь. и выхожу на сцену
очередным чёрно-белым клоуном.
там быстро затопчут и вытрут насухо.
начисто. тряпкой, чтоб не оспорили.
я буду жить у шута за пазухой
и ему рассказывать свои истории.
Я закрыл Илиаду и сел у окна,
На губах трепетало последнее слово,
Что-то ярко светило — фонарь иль луна,
И медлительно двигалась тень часового.
Я так часто бросал испытующий взор
И так много встречал отвечающих взоров,
Одиссеев во мгле пароходных контор,
Агамемнонов между трактирных маркеров.
Так, в далекой Сибири, где плачет пурга,
Застывают в серебряных льдах мастодонты,
Их глухая тоска там колышет снега,
Красной кровью — ведь их — зажжены горизонты.
Я печален от книги, томлюсь от луны,
Может быть, мне совсем и не надо героя,
Вот идут по аллее, так странно нежны,
Гимназист с гимназисткой, как Дафнис и Хлоя.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
