Образование немного похоже на венерическую болезнь: оно делает тебя непригодным для множества должностей, и к тому же ты испытываешь непреодолимое желание передать его другим.
Мы - про запас. Мы - разность величин.
Кафе, мохито, курим и молчим.
Дождь за окном - кино для неимущих.
Для тех, кто нёс, а после расплескал.
Себя? Друг друга? Кажется тоска
стальным крючком, но с поводка отпущен
кудлатый ветер, чтобы дней листки,
исписанные нами от руки,
однообразно - дом, работа, отпуск -
разворошить, измять и разорвать,
обрывками холодную кровать
засыпать - переписывайте опус!
О чём писать? Мы дружим сотню лет.
Есть старый кот, коньяк и тёплый плед,
есть кто-то там для тела - души в спячке.
Есть разговоры, встречи, суета,
есть наша юность - на трамвай пятак,
есть наше детство - двор, зелёный мячик.
И одиноко. И грызёт тоска
глубокой ночью, чтоб наверняка.
А после день рождается недужный.
Мы - про запас. Мы - разность величин.
У нас для встреч есть тысяча причин…
А для разлук причин, увы, не нужно.
Блестяще! И Веть как струнки откликаются! Даша, это вот прям так жизненно, и грустно, и философски нежно. Беру себе на память и завидую таланту молча)))
Ой, спасибо огромное!
Про коньяк, кофе, плед и кота написано много стихотворений. Но про это всё чем больше -тем лучше.
Характерная особенность натюрмортов
петербургской школы
состоит в том, что все они
остались неоконченными.
Путеводитель
Лучок нарезан колесом. Огурчик морщится соленый. Горбушка горбится. На всем грубоватый свет зеленый. Мало свету из окна, вот и лепишь ты, мудила, цвет бутылки, цвет сукна армейского мундира. Ну, не ехать же на юг. Это надо сколько денег. Ни художеств, ни наук, мы не академик. Пусть Иванов и Щедрин пишут миртовые рощи. Мы сегодня нашустрим чего-нибудь попроще. Васька, где ты там жива! Сбегай в лавочку, Васена, натюрморт рубля на два в долг забрать до пенсиона. От Невы неверен свет. Свечка. отсветы печурки. Это, почитай, что нет. Нет света в Петербурге. Не отпить ли чутку лишь нам из натюрморта... Что ты, Васька, там скулишь, чухонская морда. Зелень, темень. Никак ночь опять накатила. Остается неоконч Еще одна картина Графин, графленый угольком, граненой рюмочки коснулся, знать, художник под хмельком заснул, не проснулся.
Л. Лосев (1937 — ?). НАТЮРМОРТ.
Бумага, пиш. маш. Неоконч.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.