Тося сидит на диване с дырой в груди -
да, невозможно, нелепо, и холодит
спину, теперь не прикрытую кем-то нужным.
Тося не плачет - не может, не помнит как.
Воздуха мало. Насыпал в глаза песка
кто-то недобрый. Расплывчато всё, недужно.
Можно бродить по квартире, смотреть в окно,
жизнь-диафильм, кадр за кадром, так проще, но
не интересно, и фото - секунды счастья -
словно насмешка, смотри и перебирай
прошлого чётки, такая теперь игра,
хочешь прощай, ну а хочешь опять прощайся.
Было, да сплыло. Любил, разлюбил. Вот так.
Солнце уснуло в шиповниковых кустах,
завтра взойдёт с расцарапано-красной рожей.
Тося свободна, свобода её остра.
И от свободы в груди у неё дыра…
Странно - не жить, но при этом не умирать,
если так больно, что даже дышать не можешь.
Ты письмо мое, милый, не комкай.
До конца его, друг, прочти.
Надоело мне быть незнакомкой,
Быть чужой на твоем пути.
Не гляди так, не хмурься гневно,
Я любимая, я твоя.
Не пастушка, не королевна
И уже не монашенка я —
В этом сером будничном платье,
На стоптанных каблуках...
Но, как прежде, жгуче объятье,
Тот же страх в огромных глазах.
Ты письмо мое, милый, не комкай
Не плачь о заветной лжи.
Ты его в твоей бедной котомке
На самое дно положи.
1912,
Царское Село
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
