Деревья обречённо изображают осень,
а мы с тобой на пару стоим у двух дорог.
И ветер гонит тучи, задирист и несносен,
и день идёт сутулясь - устал, простыл, продрог.
Вот говорят, на солнце и то бывают пятна,
кому-то стало скучно - и он их отыскал.
А было всё в порядке, размеренно, понятно.
Уверенность, стабильность, достаток и тоска.
На каждого полнеба казалось слишком много.
По маленькой синице, по горсточке пшена -
и хватит, и довольно. Вот коврик у порога.
И розы вдоль тропинки, и в доме тишина.
Мы к этому стремилась? Мы этого хотели?
Ни сквозняков, ни звуков. Блэкаут, серый цвет.
Престижная работа, холодные постели.
Мы роботы, машины - сто двадцать первый век…
Деревья обречённо изображают осень,
застиранное небо в прорехах облаков.
Мы слишком много помним и ни о чём не просим.
Уходят две дороги в далёко-далеко…
Конькобежец и первенец, веком гонимый взашей
Под морозную пыль образуемых вновь падежей.
Часто пишется казнь, а читается правильно — песнь,
Может быть, простота — уязвимая смертью болезнь?
Прямизна нашей речи не только пугач для детей —
Не бумажные дести, а вести спасают людей.
Как стрекозы садятся, не чуя воды, в камыши,
Налетели на мертвого жирные карандаши.
На коленях держали для славных потомков листы,
Рисовали, просили прощенья у каждой черты.
Меж тобой и страной ледяная рождается связь —
Так лежи, молодей и лежи, бесконечно прямясь.
Да не спросят тебя молодые, грядущие те,
Каково тебе там в пустоте, в чистоте, сироте...
10—11 января 1934
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
