Как пузырьки во флаконах открытых
Все наши чувства - фантомы несказанных слов,
Слепки чужих поцелуев забытых...
Нету алмазов и пива лишь пара глотков.
Я засыпаю на узкой скамейке,
Солнечный шар,остывая, покрылся травой.
Скоро меня обнаружат ищейки,
Голос по радио шепчет, зовёт на убой.
Судьи на старых пеньках восседают,
Детская кукла лежит в полутёмном углу -
Тайный агент, что за мной наблюдает.
Девочка ищет монетки на грязном полу.
Люди торопятся к тёмным вагонам,
Мечутся в тине прохладных зелёных лучей.
Ветер чуть слышно крадётся по кронам.
Мне показалось - атланты с усталых плечей
Скинули небо, всё хрупко и зыбко,
Камни медлительны в чащах засохших садов.
Столько отчаянья в наших улыбках,
Мы отражаемся в окнах ночных поездов.
Сыщики зря фонарями колдуют,
Словно букашку меня не наколят лучом.
Губы гранитные больно целуют.
Солнечный шар ни при чём и луна ни при чём.
В Свердловске живущий,
но русскоязычный поэт,
четвёртый день пьющий,
сидит и глядит на рассвет.
Промышленной зоны
красивый и первый певец
сидит на газоне,
традиции новой отец.
Он курит неспешно,
он не говорит ничего
(прижались к коленям его
печально и нежно
козлёнок с барашком),
и слёз его очи полны.
Венок из ромашек,
спортивные, в общем, штаны,
кроссовки и майка —
короче, одет без затей,
чтоб было не жалко
отдать эти вещи в музей.
Следит за погрузкой
песка на раздолбанный ЗИЛ —
приёмный, но любящий сын
поэзии русской.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
