Уж утро. Сумрак поредел –
Всему есть времени предел.
А в октябре дни быстро тают:
На миг взглянул рассвет в окно,
Оставил на стене пятно,
А за окном синичек стаю.
Из дома вышел на крыльцо –
Осенний ветер бьёт в лицо.
Бегут вдоль улицы ограды,
Теряясь в предрассветной мгле.
Светлеет поздно в октябре,
И видно только то, что рядом.
А рядом с домом ты стоишь.
Листва берёз на скатах крыш,
И листик жёлтый на косынке.
И, как у женщин повелось,
Из-под косынки прядь волос
Скрывает ранние морщинки.
В глазах искрится озорство –
Улыбки женской колдовство.
Тепло тебе в пальто осеннем?
Октябрь – ещё не скоро снег –
Не так уж быстр природы бег.
И каждый теплый день оценим.
Я знаю – не меня ты ждёшь:
Я с тем, кого ты ждёшь, не схож.
Но разве так уж важно это?
Улыбку, взгляд мне день принёс,
Прядь тонких, вьющихся волос.
Чего ж ещё ждать от рассвета?
Ты дня счастливого примета!
"Скоро тринадцать лет, как соловей из клетки
вырвался и улетел. И, на ночь глядя, таблетки
богдыхан запивает кровью проштрафившегося портного,
откидывается на подушки и, включив заводного,
погружается в сон, убаюканный ровной песней.
Вот такие теперь мы празднуем в Поднебесной
невеселые, нечетные годовщины.
Специальное зеркало, разглаживающее морщины,
каждый год дорожает. Наш маленький сад в упадке.
Небо тоже исколото шпилями, как лопатки
и затылок больного (которого только спину
мы и видим). И я иногда объясняю сыну
богдыхана природу звезд, а он отпускает шутки.
Это письмо от твоей, возлюбленный, Дикой Утки
писано тушью на рисовой тонкой бумаге, что дала мне императрица.
Почему-то вокруг все больше бумаги, все меньше риса".
II
"Дорога в тысячу ли начинается с одного
шага, - гласит пословица. Жалко, что от него
не зависит дорога обратно, превосходящая многократно
тысячу ли. Особенно отсчитывая от "о".
Одна ли тысяча ли, две ли тысячи ли -
тысяча означает, что ты сейчас вдали
от родимого крова, и зараза бессмысленности со слова
перекидывается на цифры; особенно на нули.
Ветер несет нас на Запад, как желтые семена
из лопнувшего стручка, - туда, где стоит Стена.
На фоне ее человек уродлив и страшен, как иероглиф,
как любые другие неразборчивые письмена.
Движенье в одну сторону превращает меня
в нечто вытянутое, как голова коня.
Силы, жившие в теле, ушли на трение тени
о сухие колосья дикого ячменя".
1977
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
