А потом я усну. Засыпая,
помолюсь, чтоб приснились мне вы.
Все - шутя, суетясь, поздравляя.
Обниму вас - живых.
/Наташа/
То ли это отпеваю я своих мертвецов,
То ли это упокойники поют для меня -
Чинно курят за дверями под камланье "Часов",
Зеркала закрыв платками почём зря не шумят,
Но зовут меня к себе в свой расчудесный Ростов,
Где ракеты на подводных, а в горах мумиё,
Только я для скорой встречи недостаточно скор -
Знаю, всё у них чудесно, только вот не моё.
Я бы с радостью, родные, только день сыроват,
Вы давайте без меня, а я потом догоню.
После будет понедельник, а за ним снегопад -
И яичко разукрасить нужно к Светлому Дню.
На тротуарах истолку
С стеклом и солнцем пополам,
Зимой открою потолку
И дам читать сырым углам.
Задекламирует чердак
С поклоном рамам и зиме,
К карнизам прянет чехарда
Чудачеств, бедствий и замет.
Буран не месяц будет месть,
Концы, начала заметет.
Внезапно вспомню: солнце есть;
Увижу: свет давно не тот.
Галчонком глянет Рождество,
И разгулявшийся денек
Прояснит много из того,
Что мне и милой невдомек.
В кашне, ладонью заслонясь,
Сквозь фортку крикну детворе:
Какое, милые, у нас
Тысячелетье на дворе?
Кто тропку к двери проторил,
К дыре, засыпанной крупой,
Пока я с Байроном курил,
Пока я пил с Эдгаром По?
Пока в Дарьял, как к другу, вхож,
Как в ад, в цейхгауз и в арсенал,
Я жизнь, как Лермонтова дрожь,
Как губы в вермут окунал.
Лето 1917
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
