Понравилось особенно то, что понятно)
Про бессонницу и про бабусю. Про бабусю, вообще, страшилка)))
После визита бабуси, я понял, что пора остановиться)
Как всегда, интересно. Можно, мне кажется, сделать из этого несколько (три, допустим) миниатюр чуть-чуть сюжетных, что ли.
Это был один сплошной поток сознания после грустного события в моей жизни. Дробить не могу, слишком личное для меня.
Рад, что вам понравилось. Спасибо!
Да, бабуся крутая! :)
Да и весь поток подсознания крут!
Песню послушал - классный рок.
Картинки, конечно, нужны покрцче. В инете ведь найти можно, не обязательно ИИ мучить :)
Спасибо!
Странное свойство твоих стихов - к ним хочется возвращаться вновь и вновь и выискивать все новые сюжеты. Вот этот, например:
Вода и воздух нападают с неба,
Огонь свирепый изнутри сжигает,
Земля коварно из под ног уходит,
Своя рука царапает и душит.
Не обещай. Сны не приходят дважды,
Забыть сложнее тех, кого не видел.
В твоём шкафу висят пустые маски,
А вместо мебели — стоят сухие кости.
Ты ищешь зверя в коридорных петлях,
А зверь давно сидит внутри медузы.
И телефон, поющий нежным басом,
Звенит в руках у мёртвого пилота.
Твоя бабуся со своим стаканом
Давно смешала порох и помаду,
Она не человека растворила —
Она в стакане утопила время.
На фабрике, где золото и искры,
Рабочие не знают перекуров,
Они куют из нашей звёздной пыли
Огромный гвоздь для воинов из света.
Стекают лица с потолка на скатерть,
Как пуговицы — старые монетки.
И фея в банке продаёт билеты
На самолёт из ржавой серой ваты.
Мир сжался в точку? Это просто лужа.
В ней отразился ангел в грязной кепке.
Не просыпайся. В этой поздней смене
Мы все — лишь брызги от разбитой склянки.
Я не приснюсь, тебе, Сны — это слишком просто,
Я стану явью, врастающей в подоконник.
В доме твоём, где полы затянуло льдами,
Я расставляю чашки в трещинах - паутине
За каждой скрипучей дверью - норой в Зазеркалье
Я рассыпаю крошки изысканно-черствых истин.
Звери Твои - позабытые злые игрушки,
Злы, они от того что им просто до скрипа скучно.
Ты жаждал собаку, но в гости пришел лишь пепел,
Медуза затылок щекочет и корни пускает страх.
Не бойся уснуть, когда я, склонясь над тобою
В руках зажимаю зубила хрустальную суть.
Твой ангел тряпичный — мой старый усопший садовник,
Он списки почивших читает, листая страницы газет.
И фея с крылами из мелких иудовских денег,
Давно отдала свой просроченный паспорт в химчистку.
И на фабрике той, где костями скребут наковальни,
Из признаний твоих я сшиваю знамена волхво
Золотые станки пожирают слова твои жадно
Выдавая зловонье от страха не сказанных фраз,
Королева без фрейлин, брезгливо старает руками
Тлен с пустых и кишащих червями зрачков.
Герой ристалищ - воин виртуальный, в безумии порвавший белый флаг -
Всего лишь блик, потёки на обоях, что выцвели, обвиснув на стене.
Бабуся со стаканом — это Вечность, коктейль из подорожника и боли, она не растворяет, а готовит.
Чтоб ты забыл, что мы с тобой знакомы в застывшей веренице воплощений.
Весь мир исчез? Не верь своей потере.
Не в точке он лежит — в твоей ладони,
Сжимающей синайские скрижали
Которые ты вырвал из груди.
Полный улёт!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Иаков сказал: Не отпущу Тебя, пока не благословишь меня.
Бытие, 32, 26.
Всё снаружи готово. Раскрыта щель. Выкарабкивайся, балда!
Кислый запах алькова. Щелчок клещей, отсекающих навсегда.
Но в приветственном крике – тоска, тоска. Изначально – конец, конец.
Из тебе предназначенного соска насыщается брат-близнец.
Мой большой первородный косматый брат. Исполать тебе, дураку.
Человек – это тот, кто умеет врать. Мне дано. Я могу, могу.
Мы вдвоем, мы одни, мы одних кровей. Я люблю тебя. Ты мой враг.
Полведра чечевицы – и я первей. Всё, свободен. Гуляй, дурак.
Словно черный мешок голова слепца. Он сердит, не меня зовёт.
Невеликий грешок – обмануть отца, если ставка – Завет, Завет.
Я – другой. Привлечен. Поднялся с колен. К стариковской груди прижат.
Дело кончено. Проклят. Благословен. Что осталось? Бежать, бежать.
Крики дикой чужбины. Бездонный зной. Крики чаек, скота, шпанья.
Крики самки, кончающей подо мной. Крики первенца – кровь моя.
Ненавидеть жену. Презирать нагой. Подминать на чужом одре.
В это время мечтать о другой, другой: о прекрасной сестре, сестре.
Добиваться сестрицы. Семь лет – рабом их отца. Быть рабом раба.
Загородки. Границы. Об стенку лбом. Жизнь – проигранная борьба.
Я хочу. Я хочу. Насейчас. Навек. До утра. До последних дат.
Я сильнее желания. Человек – это тот, кто умеет ждать.
До родимого дома семь дней пути. Возвращаюсь – почти сдаюсь.
Брат, охотник, кулема, прости, прости. Не сердись, я боюсь, боюсь.
...Эта пыль золотая косых песков, эта стая сухих пустот –
этот сон. Никогда я не видел снов. Человек? Человек – суть тот,
кто срывает резьбу заводных орбит, дабы вольной звездой бродить.
Человек – это тот, кто умеет бить. Слышишь, Боже? Умеет бить.
Равнозначные роли живых картин – кто по краю, кто посреди?
Это ты в моей воле, мой Господин. Победи – или отойди.
Привкус легкой победы. Дела, дела. Эко хлебово заварил.
Для семьи, для народа земля мала. Здесь зовут меня - Израиль.
Я – народ. Я – семья. Я один, как гриб. Загляни в себя: это я.
Человек? Человек – он тогда погиб. Сыновья растут, сыновья.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.