Ты далеко, там космосы и кошки,
И лунный чай, и добрый белый вол,
И со стола неубранные крошки,
Которые просыпались на пол.
Их поклюют задумчивые птицы,
Одна из них – обычный серый гусь.
Он будет сны вязать тебе на спицах,
Вплетая нитку-радость в нитку-грусть.
А я вздохну, выкручивая тряпку.
Полы помыты. Завтра Новый год.
Зелёнкой смажу кошкины царапки,
Взгляну на небо – облака в заплатках,
Тех самых, что пришил твой рыжий кот.
Когда снег заметает море и скрип сосны
оставляет в воздухе след глубже, чем санный полоз,
до какой синевы могут дойти глаза? до какой тишины
может упасть безучастный голос?
Пропадая без вести из виду, мир вовне
сводит счеты с лицом, как с заложником Мамелюка.
…так моллюск фосфоресцирует на океанском дне,
так молчанье в себя вбирает всю скорость звука,
так довольно спички, чтобы разжечь плиту,
так стенные часы, сердцебиенью вторя,
остановившись по эту, продолжают идти по ту
сторону моря.
1975
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
