Давай представим — не всерьёз:
Я ухожу сквозь снег и время.
А вслед за мной спешит мороз,
И белый саван тянет темень.
О, милая, прижмись плечом,
Пока не стих последний выстрел.
Мне так тепло под тем плащом,
Где голос твой — как свет лучистый.
Пусть судят те, кому не жгло,
Кто не стоял лицом к дуэли.
Мне имя — пепел и стекло,
Мне доля — шорохи метели.
Я падал — медленно, навзрыд,
Как падают в стихах страницы.
И снег мне раны серебрит,
И ночь мне в волосы струится.
Не плачь. В окошко — тихий знак:
Синица клювиком коснулась.
Пускай живёт — ведь это так
Похоже на былую юность.
О, дай морошки горсть — горчит.
И сладко жжёт воспоминанье.
Пусть эта горечь отучи́т
Бояться вечного молчанья.
Корми пернатых у крыльца,
Пусть вьюга путь мой не заметит.
Я ухожу — под сень Отца,
Без оправданий перед светом.
Коня я с белой гривой ждал,
И белый день мне стал расплатой.
Весь мир — как снежный пьедестал,
Где я — не жертва, не солдат, а…
А просто тот, кто слишком жил,
Кто слишком верил, сердце пело
Но снег мой пульс остановил,
Душа в груди заиндевела.
Пусть нищим хлеб, пусть свечи — в храм,
Пусть имя шепчут без укоров.
А мне — твой взгляд напополам
С последним эхом разговоров.
И я б увёз тебя туда,
Где тень не судит за признанье,
Но мне досталась, как всегда,
Честь — без защиты, без названья.
Побыть с тобой ещё чуть-чуть…
Ах, это всё такая малость —
Но жизнь ушла, и что осталось?
Лишь снег. И просьба: в добрый путь.
*************************************
Мой добрый друг, мой ангел, мой поэт…
Не говори о смерти — я не верю.
В окне метель, но в сердце страха нет,
Пока ты здесь, за этой плотной дверью.
Ты просишь ягод? Вот они, смотри —
Как капли солнца на холодном блюде.
Забудь про бал, про сплетни, про пари,
Про то, что завтра наболтают люди.
Ты не старик, не шут и не изгой,
Ты мой единственный, мой вечный победитель.
Пусть вьюга злится, споря с тишиной,
Ты — мой алтарь и слов моих обитель.
Я хлеб рассыплю птицам на снегу,
Я отмолю твой каждый вздох у Бога.
Я без тебя ни шага не смогу —
Так коротка окажется дорога…
Поешь морошки. Руку дай свою.
Не уходи в пророчества и тени.
Не «в добрый путь» — а «я тебя люблю»
Шепчу, склонив пред вечностью колени.
***************************************
Сверкнула сталь — весь мир умолк.
Лишь снег летел на эполеты.
Исполнил я свой мнимый долг,
Убил великого поэта.
Прошли года. Я рос в чинах,
И жил в достатке и почете,
Но вкус морошки на губах
Не смыть, всю жизнь - на эшафоте!
Мне дочь шептала: «Ты — палач»,
Его стихи в руках сжимая.
И светский блеск, и женский плач —
Всё прах и пепел. Понимаю.
Да, Натали, я не герой,
Не перст судьбы - слепое пламя.
Тот меткий выстрел роковой
Финальный штрих в кровавой драме.
Сгорают свечи. Чёрный зал.
Метель кружит над полем боя.
Я всё, что мог, давно сказал...
Лишь вкус морошки. Тесно. Больно.
Дорогая передача! Во субботу чуть не плача,
Вся Канатчикова Дача к телевизору рвалась.
Вместо, чтоб поесть, помыться, уколоться и забыться,
Вся безумная больница у экрана собралась.
Говорил, ломая руки, краснобай и баламут
Про бессилие науки перед тайною Бермуд.
Все мозги разбил на части, все извилины заплел,
И канатчиковы власти колят нам второй укол.
Уважаемый редактор! Может лучше про реактор,
Про любимый лунный трактор? Ведь нельзя же, год подряд
То тарелками пугают, дескать, подлые, летают,
То у вас собаки лают, то руины говорят.
Мы кое в чем поднаторели — мы тарелки бьем весь год,
Мы на них уже собаку съели, если повар нам не врет.
А медикаментов груды — мы в унитаз, кто не дурак,
Вот это жизнь! И вдруг Бермуды. Вот те раз, нельзя же так!
Мы не сделали скандала — нам вождя недоставало.
Настоящих буйных мало — вот и нету вожаков.
Но на происки и бредни сети есть у нас и бредни,
И не испортят нам обедни злые происки врагов!
Это их худые черти бермутят воду во пруду,
Это все придумал Черчилль в восемнадцатом году.
Мы про взрывы, про пожары сочиняли ноту ТАСС,
Тут примчались санитары и зафиксировали нас.
Тех, кто был особо боек, прикрутили к спинкам коек,
Бился в пене параноик, как ведьмак на шабаше:
«Развяжите полотенцы, иноверы, изуверцы,
Нам бермуторно на сердце и бермутно на душе!»
Сорок душ посменно воют, раскалились добела.
Вот как сильно беспокоят треугольные дела!
Все почти с ума свихнулись, даже кто безумен был,
И тогда главврач Маргулис телевизор запретил.
Вон он, змей, в окне маячит, за спиною штепсель прячет.
Подал знак кому-то, значит, фельдшер, вырви провода.
И нам осталось уколоться и упасть на дно колодца,
И там пропасть на дне колодца, как в Бермудах, навсегда.
Ну а завтра спросят дети, навещая нас с утра:
«Папы, что сказали эти кандидаты в доктора?»
Мы ответим нашим чадам правду, им не все равно:
Удивительное рядом, но оно запрещено!
А вон дантист-надомник Рудик,у него приемник «Грюндиг»,
Он его ночами крутит, ловит, контра, ФРГ.
Он там был купцом по шмуткам и подвинулся рассудком,
А к нам попал в волненьи жутком,
С растревоженным желудком и с номерочком на ноге.
Он прибежал, взволнован крайне, и сообщеньем нас потряс,
Будто наш научный лайнер в треугольнике погряз.
Сгинул, топливо истратив, весь распался на куски,
Но двух безумных наших братьев подобрали рыбаки.
Те, кто выжил в катаклизме, пребывают в пессимизме.
Их вчера в стеклянной призме к нам в больницу привезли.
И один из них, механик, рассказал, сбежав от нянек,
Что Бермудский многогранник — незакрытый пуп Земли.
«Что там было, как ты спасся?» — Каждый лез и приставал.
Но механик только трясся и чинарики стрелял.
Он то плакал, то смеялся, то щетинился, как еж.
Он над нами издевался. Ну сумасшедший, что возьмешь!
Взвился бывший алкоголик, матерщинник и крамольник,
Говорит: «Надо выпить треугольник. На троих его, даешь!»
Разошелся, так и сыплет: «Треугольник будет выпит.
Будь он параллелепипед, будь он круг, едрена вошь!»
Пусть безумная идея, не решайте сгоряча!
Отвечайте нам скорее через доку-главврача.
С уваженьем. Дата, подпись... Отвечайте нам, а то,
Если вы не отзоветесь мы напишем в «Спортлото».
1977
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
