Ботинки молчат у стены укоризненно.
Во взгляде читаю: осУжден, пожизненно.
Эх, красная пыль африканских пустынь!
Эх, белая пыль Люксембургского сада!
Ходить по Акрополю древних Афин…
Хозяин, скажите, нам много так надо?
Промокнуть под ливнем в поездке под Лондон,
послушать ботинки английского лорда,
в Марокко на солнце носками блестеть!
Коснуться балеток красотки-креолки…
Нам в этом году уже не успеть!
А летом опять спать в коробке на полке…
Всю жизнь: дом – работа, знакомые лужи,
а отпуск простой так и не был заслужен.
Однажды, весною сдавал нас в ремонт.
Вот там нас любили – заклеили, сшили;
намазал нас ваксой мусье Ферапонт,
поставил на полку сапожник Василий.
Мы, правда, не плаксы – ни правый, ни левый.
Мы носим твое погрузневшее тело.
Давай, мотанем, как все люди, на юг!
Поехали к морю, звони своей Юле!
Мы солнцу на пляже подставим каблук,
закрутим роман с парой Юлиных мюли.
А, впрочем, проехали – завтра на службу.
Чуток помечтали – любовь, море, дружба…
На улице сыро, ну как ты без нас?
Без нас ты разут, бестолков, безоружен.
А завтра дожди обещают как раз –
готовы и впредь топать в грязь, хлюпать в лужах…
Самосуд неожиданной зрелости,
Это зрелище средней руки
Лишено общепризнанной прелести -
Выйти на берег тихой реки,
Рефлектируя в рифму. Молчание
Речь мою караулит давно.
Бархударов, Крючков и компания,
Разве это нам свыше дано!
Есть обычай у русской поэзии
С отвращением бить зеркала
Или прятать кухонное лезвие
В ящик письменного стола.
Дядя в шляпе, испачканной голубем,
Отразился в трофейном трюмо.
Не мори меня творческим голодом,
Так оно получилось само.
Было вроде кораблика, ялика,
Воробья на пустом гамаке.
Это облако? Нет, это яблоко.
Это азбука в женской руке.
Это азбучной нежности навыки,
Скрип уключин по дачным прудам.
Лижет ссадину, просится на руки -
Я тебя никому не отдам!
Стало барщиной, ревностью, мукою,
Расплескался по капле мотив.
Всухомятку мычу и мяукаю,
Пятернями башку обхватив.
Для чего мне досталась в наследие
Чья-то маска с двусмысленным ртом,
Одноактовой жизни трагедия,
Диалог резонера с шутом?
Для чего, моя музыка зыбкая,
Объясни мне, когда я умру,
Ты сидела с недоброй улыбкою
На одном бесконечном пиру
И морочила сонного отрока,
Скатерть праздничную теребя?
Это яблоко? Нет, это облако.
И пощады не жду от тебя.
1982
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
