С добрым утром, мой недобрый час!.
Я стою не поднимая глаз.
С неба эсэмэской шлют отказ -
мелким шрифтом: шли бы вы куда-то,
делать дело или что ещё,
кроме завываний, что прощён
будет тот, кто не жалеет щёк…
Хорошо, что не послали матом.
Снег прошёл, засыпав всё вокруг.
Я готовлю будни на пару,
а коты на улице орут,
что, едва начавшись, надоела
эта беспросветная зима.
Но отваги им не занимать,
и к тому же скоро будет март,
так что – поживём! Рисует мелом
на окне мороз цветы и сад.
В вазочке варенье, и оса
кружится, и вот бежит спасать
от осы меня, варенье, вечер
кто-то очень нужный, очень ва...
Просыпаюсь, словно кто-то звал.
На меня идёт девятый вал
безнадёги. И спасаться нечем.
Предыдущий стих такой оптимистичный!
А меня вот совсем недавно соседка - подросток обматерила. Я пошла в опорный пункт заявление написать, а там никого нет. Рабочий день у них кончился. А звонить, вызывать не стала. Вот сейчас сердце болит. И ничего сделать с хамством малолеток нельзя. Стих об этом писать тоже не хочется и поделиться не с кем)) Но у тебя и грустные стихи хорошо получаются.
Тебе обязательно издаваться нужно. Неужели нет никакого бесплатного варианта? Может, в каких-нибудь конкурсах участвовать?
Луиза, спасибо большое! Предыдущий стих написан в день моего 45-летия, вот и получился весёлым, люблю шутить над собой)))
Насчёт издаваться... Есть люди в разы талантливее, им нужно. А я нет, куда мне))
Очень тебе сочувствую по поводу хамства! У меня старшие дети уже взрослые и во время их взросления было хамство, у них в классах были такие, борзенькие. И мне так за своих было страшно. А сейчас мне в разы страшнее за младших из-за того, что вижу как меняются люди, дети, что происходит со школой...
Держись, моя хорошая, не унывай, не болей!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Когда менты мне репу расшибут,
лишив меня и разума и чести
за хмель, за матерок, за то, что тут
ЗДЕСЬ САТЬ НЕЛЬЗЯ МОЛЧАТЬ СТОЯТЬ НА МЕСТЕ.
Тогда, наверно, вырвется вовне,
потянется по сумрачным кварталам
былое или снившееся мне —
затейливым и тихим карнавалом.
Наташа. Саша. Лёша. Алексей.
Пьеро, сложивший лодочкой ладони.
Шарманщик в окруженьи голубей.
Русалки. Гномы. Ангелы и кони.
Училки. Подхалимы. Подлецы.
Два прапорщика из военкомата.
Киношные смешные мертвецы,
исчадье пластилинового ада.
Денис Давыдов. Батюшков смешной.
Некрасов желчный.
Вяземский усталый.
Весталка, что склонялась надо мной,
и фея, что мой дом оберегала.
И проч., и проч., и проч., и проч., и проч.
Я сам не знаю то, что знает память.
Идите к чёрту, удаляйтесь в ночь.
От силы две строфы могу добавить.
Три женщины. Три школьницы. Одна
с косичками, другая в платье строгом,
закрашена у третьей седина.
За всех троих отвечу перед Богом.
Мы умерли. Озвучит сей предмет
музыкою, что мной была любима,
за три рубля запроданный кларнет
безвестного Синявина Вадима.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.