Нестерпимо, когда убивают детей!
Невозможно, когда стариков убивают!
Все мерзавцы – виновники этих смертей
До сих пор почему-то на воле гуляют.
Все, кто дали и выполнил этот приказ,
В том числе даже те, кто не думал о детях.
Даже, если однажды, всего только раз,
Должен руки готовить для жизни в браслетах.
Должен знать, что всем миром он проклят навек!
Должен помнить: от грязи ему не отмыться!
И неважно при этом солдат ли, стратег,
Не поможет ему даже в бункер забиться.
Он для рода людей словно Каин – изгой!
Весь свой род, запятнавший невинною кровью.
И не смоет проклятья фальшивой слезой,
Покаянием, схимой и ханжеской скорбью.
Я люблю судьбу свою,
Я бегу от помрачений!
Суну морду в полынью
И напьюсь,
Как зверь вечерний!
Сколько было здесь чудес,
На земле святой и древней,
Помнит только темный лес!
Он сегодня что-то дремлет.
От заснеженного льда
Я колени поднимаю,
Вижу поле, провода,
Все на свете понимаю!
Вот Есенин —
на ветру!
Блок стоит чуть-чуть в тумане.
Словно лишний на пиру,
Скромно Хлебников шаманит.
Неужели и они —
Просто горестные тени?
И не светят им огни
Новых русских деревенек?
Неужели
в свой черед
Надо мною смерть нависнет, —
Голова, как спелый плод,
Отлетит от веток жизни?
Все умрем.
Но есть резон
В том, что ты рожден поэтом.
А другой — жнецом рожден...
Все уйдем.
Но суть не в этом...
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
