Ты уходишь на миг, но теряешь навек.
Ты живёшь для себя, умираешь в других.
Что же кроме любви для тебя, человек,
В этой жизни имеет значенье? В тугих
Как канат расставаниях что-то забыв,
Ты стоишь на сплетении встреч и потерь.
Но, пространство вселенной чужой полюбив,
Ты ярчайшей звездою в ней станешь, поверь.
И люби так, чтоб сердце запомнило свет,
Для кого-то рождённый твоею душой.
Лишь прислушавшись к сердцу, найдёшь ты ответ
На вопрос: "Как спастись во вселенной чужой?".
***
На проводах расселись птицы,
Издалека они — фигурки.
Увы, не всем желаньям сбыться.
Повсюду пробки да окурки.
Весна обманчива, и всё же
Правдива, искренна журчаньем
Ручьёв, что будто шепчут: "Боже,
Смирились мы с твоим молчаньем,
Нас пронимающим до дрожи.
На всём печать любви неслышной.
Но нам слова твои дороже,
Чем хохот времени булыжный".
***
Бритвы острее бывают глаза.
Вижу я молнии эти.
Катится громом из сердца слеза.
Души упрямы как дети.
Буду я помнить порезы свои,
Что ты сердясь оставляла, —
Часто мы были на грани войны —
Правильно ты поступала.
В новый апрель без тебя я шагну, —
Жизнь засмеётся капелью —
Счастья слезу с содроганьем смахну,
Шум вспоминая метельный.
***
Сквозь узкий вечности проём
Мы улетали. Отвечали
Нам слуги Божьи, а потом
Скрестили судьбы обручально.
Гудят о бедах провода.
Вновь на двоих одна жилплощадь.
Листву, что снова молода,
Ветра весенние полощут.
Ветра, ветра! Как сильны вы
В своих порывах! Безнадежно
Мы тянем руки в эту высь,
Что так прекрасна без одежды.
***
Мира душа голосами небесными
Скована. Близится лета размах.
Искрами жизнь торжествует чудесными.
Счастье Земли — не в железных руках.
***
Если впускать весь мир — не останется места себе.
Пусть ты чей-то кумир, — не во временной этой толпе
Мнимых друзей, подруг обретаешь ты счастье своё.
Счастье оно лишь вдруг. Не напрасно сердечко твоё
Счастье вмиг озарит, и останется в нём навсегда.
Если всему открыт — приготовься впустить холода.
***
Твой шрам — ножом консервным небо
Попытка вскрыть. Как мал порез!
В сравненьи с бездной, где ты не был,
Хотя и шёл наперерез.
***
Неумолимо мчится всё вперёд —
И время, и душа, и мир.
Земная жизнь — смертей круговорот.
И неизбежность правит пир.
***
Табачный дым в окно открытое.
Однообразный, скучный день.
Пространство, памятью покрытое —
Твой город, ты — немая тень.
В лазури облако потеряно.
Мы лишь пылинки для эпох,
Но нам бессмертное доверено.
Нас поезд к звёздам ждёт в депо.
Шел я по улице незнакомой
И вдруг услышал вороний грай,
И звоны лютни, и дальние громы,
Передо мною летел трамвай.
Как я вскочил на его подножку,
Было загадкою для меня,
В воздухе огненную дорожку
Он оставлял и при свете дня.
Мчался он бурей темной, крылатой,
Он заблудился в бездне времен…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон.
Поздно. Уж мы обогнули стену,
Мы проскочили сквозь рощу пальм,
Через Неву, через Нил и Сену
Мы прогремели по трем мостам.
И, промелькнув у оконной рамы,
Бросил нам вслед пытливый взгляд
Нищий старик, — конечно тот самый,
Что умер в Бейруте год назад.
Где я? Так томно и так тревожно
Сердце мое стучит в ответ:
Видишь вокзал, на котором можно
В Индию Духа купить билет?
Вывеска… кровью налитые буквы
Гласят — зеленная, — знаю, тут
Вместо капусты и вместо брюквы
Мертвые головы продают.
В красной рубашке, с лицом, как вымя,
Голову срезал палач и мне,
Она лежала вместе с другими
Здесь, в ящике скользком, на самом дне.
А в переулке забор дощатый,
Дом в три окна и серый газон…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон!
Машенька, ты здесь жила и пела,
Мне, жениху, ковер ткала,
Где же теперь твой голос и тело,
Может ли быть, что ты умерла!
Как ты стонала в своей светлице,
Я же с напудренною косой
Шел представляться Императрице
И не увиделся вновь с тобой.
Понял теперь я: наша свобода
Только оттуда бьющий свет,
Люди и тени стоят у входа
В зоологический сад планет.
И сразу ветер знакомый и сладкий,
И за мостом летит на меня
Всадника длань в железной перчатке
И два копыта его коня.
Верной твердынею православья
Врезан Исакий в вышине,
Там отслужу молебен о здравьи
Машеньки и панихиду по мне.
И всё ж навеки сердце угрюмо,
И трудно дышать, и больно жить…
Машенька, я никогда не думал,
Что можно так любить и грустить.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
