Когда устану прозой говорить,
Налью в стакан немного сладкой браги,
И, дурью маясь, ночью до зари,
Я выплесну всю душу на бумагу...
И побредут стихи мои по свету,
Во тьме ночной по звёздам путь найдут.
И обойдут, шатаясь, всю планету -
Зашелестят листвой в моём саду,
Сверчками зазвучат и скрипнут половицей,
И мошкарой густой над клумбой будут виться,
Падут росой в зелёный шёлк травы
И смолкнут там забытые, увы…
И как становится мой слог, и юн, и легок,-
Улыбкою младенца из пеленок,
Иль из-за штор лучом, играющим по стенам,
Иль вдохновенно пульсирующим венам.
Иль из-за штор лучом, играющем на дверце,
Иль вдохновенно пульсирующим сердцем))
Что-то перемудрила, время позднее, страстная неделя к тому же.) И не удалить) Прости уж)))
Иль кровь быстрей бегущая по венам.
Поэзия и алкоголизм - близнецы-братья!
И станет слог мой вдруг и юн, и легок
Улыбкою младенца из пеленок,
Или лучом, играющим по стенам,
И кровь быстрее побежит по венам
Браво, Луиза!
Устал, обрыдло прозой говорить,
Хочу стихами .
Я не раб размера!
Мужской и женской рифмы рвётся нить,
Хорей и дактиль?
В топку, как холеру!
Глаголом жгу, а прозу - как блоху,
Я утоплю в стакане сладкой браги!
Над Ё - две точки, в рифму - кто есть Ху!
И столбиками - буквы на бумагу -
Плесну, застынет мир, и мне ответ,
Напишет солнцем, небом, облаками,
Рассветной тишиной шепнёт: - Поэт...
Я улыбнусь под бражными пара́ми...
И я улыбнулся...:))
Ну, а пока пытаюсь вырваться из плена
Привычного обыденного тлена
Живу, лишь иногда поглядывая в небо
За искру Божию приняв мираж плацебо...
В плену иллюзий прозябая,
стихи, как песенки лабаю,
Баюкаю себя, рифмую...
И в ус не дую...:))
Так и продолжай))
Напиши это и у меня на оборотке)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Из пасти льва
струя не журчит и не слышно рыка.
Гиацинты цветут. Ни свистка, ни крика,
никаких голосов. Неподвижна листва.
И чужда обстановка сия для столь грозного лика,
и нова.
Пересохли уста,
и гортань проржавела: металл не вечен.
Просто кем-нибудь наглухо кран заверчен,
хоронящийся в кущах, в конце хвоста,
и крапива опутала вентиль. Спускается вечер;
из куста
сонм теней
выбегает к фонтану, как львы из чащи.
Окружают сородича, спящего в центре чаши,
перепрыгнув барьер, начинают носиться в ней,
лижут морду и лапы вождя своего. И, чем чаще,
тем темней
грозный облик. И вот
наконец он сливается с ними и резко
оживает и прыгает вниз. И все общество резво
убегает во тьму. Небосвод
прячет звезды за тучу, и мыслящий трезво
назовет
похищенье вождя -
так как первые капли блестят на скамейке -
назовет похищенье вождя приближеньем дождя.
Дождь спускает на землю косые линейки,
строя в воздухе сеть или клетку для львиной семейки
без узла и гвоздя.
Теплый
дождь
моросит.
Как и льву, им гортань
не остудишь.
Ты не будешь любим и забыт не будешь.
И тебя в поздний час из земли воскресит,
если чудищем был ты, компания чудищ.
Разгласит
твой побег
дождь и снег.
И, не склонный к простуде,
все равно ты вернешься в сей мир на ночлег.
Ибо нет одиночества больше, чем память о чуде.
Так в тюрьму возвращаются в ней побывавшие люди
и голубки - в ковчег.
1967
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.