Нет такой глупости, которой бы не рукоплескали, и такого глупца, что не прослыл бы великим человеком, или великого человека, которого не обзывали бы кретином
А в Петербурге нет дождей,
И осень красочно и мило,
Скользя туманностью своей,
Качает утренним кадилом.
Старинных набережных гладь,
Столкнувшись с волнами морскими,
Оберегает камня стать
И очертанья городские.
А шелест листьев во дворе
Сопровождает до парадной,
И по-осеннему каре
Домов слагается отрадно.
Так смешивая краски все
В едином сером отраженьи,
Нас кружит город в колесе
Под стать его воображенью.
Пусть с виду мрачен и кичлив,
В гранит холодный оторочен,
Поверь, ты - лучший и красив,
Как раз такой Петром пророчен!
Когда я утром просыпаюсь,
я жизни заново учусь.
Друзья, как сложно выпить чаю.
Друзья мои, какую грусть
рождает сумрачное утро,
давно знакомый голосок,
газеты, стол, окошко, люстра.
«Не говори со мной, дружок».
Как тень слоняюсь по квартире,
гляжу в окно или курю.
Нет никого печальней в мире —
я это точно говорю.
И вот, друзья мои, я плачу,
шепчу, целуясь с пустотой:
«Для этой жизни предназначен
не я, но кто-нибудь иной —
он сильный, стройный, он, красивый,
живёт, живёт себе, как бог.
А боги всё ему простили
за то, что глуп и светлоок».
А я со скукой, с отвращеньем
мешаю в строчках боль и бред.
И нет на свете сожаленья,
и состраданья в мире нет.
1995, декабрь
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
