Неизбежно. Нас любит Бог…
И у Бога родился сын.
Сын, конечно, нам всем помог –
он же лучше, чем мы. В разы.
И вырос добрым наш Божий сын.
И вырос умным наш Божий сын.
И вырос чудным наш Божий сын –
ходил легко по воде пешком,
кормил хлебами, поил вином.
Учениками был полон дом –
они бродили за ним гуськом
... ... и книгу писали святую.
Не умирай! Нам поможешь тут!
С тобою лучше хлеба растут!
С тобою ровно идет хромец.
Прозреет рядом любой слепец.
С тобою ясен наш скорбный путь,
и даже видится жизни суть!
Не уходи же! Останься, будь…
... ... но путь предначертан – Голгофа!
Хромым останется дед-хромец,
не станет зрячим пастух-слепец,
и саранча уничтожит хлеб.
Забьют камнями не мало дев.
... ... А было б совсем по-другому…
– Не тело ваше лечить пришел,
но душу вашу спасти пришел.
Хромой до храма, поверь, дойдет,
слепой дорогу на свет найдет.
Что вам юдоли земной печаль,
коль смерти нет, есть горняя даль?
... ... И праведным будет прощенье!
Как безбрежно нас любит Бог…
И у Бога воскреснет сын,
показав нам из всех дорог
ту, что лучше других в разы.
До сих пор, вспоминая твой голос, я прихожу
в возбужденье. Что, впрочем, естественно. Ибо связки
не чета голой мышце, волосу, багажу
под холодными буркалами, и не бздюме утряски
вещи с возрастом. Взятый вне мяса, звук
не изнашивается в результате тренья
о разряженный воздух, но, близорук, из двух
зол выбирает большее: повторенье
некогда сказанного. Трезвая голова
сильно с этого кружится по вечерам подолгу,
точно пластинка, стачивая слова,
и пальцы мешают друг другу извлечь иголку
из заросшей извилины - как отдавая честь
наважденью в форме нехватки текста
при избытке мелодии. Знаешь, на свете есть
вещи, предметы, между собой столь тесно
связанные, что, норовя прослыть
подлинно матерью и т. д. и т. п., природа
могла бы сделать еще один шаг и слить
их воедино: тум-тум фокстрота
с крепдешиновой юбкой; муху и сахар; нас
в крайнем случае. То есть повысить в ранге
достиженья Мичурина. У щуки уже сейчас
чешуя цвета консервной банки,
цвета вилки в руке. Но природа, увы, скорей
разделяет, чем смешивает. И уменьшает чаще,
чем увеличивает; вспомни размер зверей
в плейстоценовой чаще. Мы - только части
крупного целого, из коего вьется нить
к нам, как шнур телефона, от динозавра
оставляя простой позвоночник. Но позвонить
по нему больше некуда, кроме как в послезавтра,
где откликнется лишь инвалид - зане
потерявший конечность, подругу, душу
есть продукт эволюции. И набрать этот номер мне
как выползти из воды на сушу.
1982
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
