На закате у речки тихо.
Вечер вьется густой повиликой.
А за речкой просторы с гречихой
Облепили стрекозы бликов.
Солнце клонится к полю устало.
Солнце в нем будет сладко спать.
Что ромашка опять нагадала,
То со мной не случится опять.
Мое счастье досталось другому.
И осталась лишь только мне
Приголубленная истома
В стосковавшейся тишине.
Я иду из молчащего дома.
Счастье – горем обтесанный камень.
И оно обнимает другого
Неприветливыми руками.
Холодна среди поля дорога.
Позабыла оставленный след,
Прорисованный к темному логу,
Словно в небе черта от комет.
И предчувствуя звездную стаю,
От покрытого мраком излома
Я его провожаю и знаю,
Что теперь кто-то точно дома.
Я работал на драге в поселке Кытлым,
о чем позже скажу в изумительной прозе, —
корешился с ушедшим в народ мафиози,
любовался с буфетчицей небом ночным.
Там тельняшку такую себе я купил,
оборзел, прокурил самокрутками пальцы.
А еще я ходил по субботам на танцы
и со всеми на равных стройбатовцев бил.
Боже мой, не бросай мою душу во зле, —
я как Слуцкий на фронт, я как Штейнберг на нары,
я обратно хочу — обгоняя отары,
ехать в синее небо на черном «козле».
Да, наверное, все это — дым без огня
и актерство: слоняться, дышать перегаром.
Но кого ты обманешь! А значит, недаром
в приисковом поселке любили меня.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
