От мощной глотки до гнетущей тишины минуты две.
От цепких кистей до опущенных тряпиц два года с лишком.
Нечеловеческую прелесть головы, наивной слишком,
Что, Боже, трудно ль было уместить в одной петле?!
Смешно теперь тебе смотреть на пустоту, во всех и всем?
И знать: по-прежнему, готовятся борщи на старой кухне,
И сонно так же, длинно – так же! – воздух пухнет
В косых дождях, и так же! пахнет сентябрем?..
Безукоризненно отточенная жуть бессонниц – злит?
А знаешь, память безобразно до чего скулит под кожей?!
Нет, Боже, не ропщу… Так – рот – роптать не может.
Так – плач свирепый и бесслезный говорит.
Чем больше черных глаз, тем больше переносиц,
а там до стука в дверь уже подать рукой.
Ты сам себе теперь дымящий миноносец
и синий горизонт, и в бурях есть покой.
Носки от беготни крысиныя промокли.
К лопаткам приросла бесцветная мишень.
И к ней, как чешуя, прикованы бинокли
не видящих меня смотря каких женьшень.
У северных широт набравшись краски трезвой,
(иначе - серости) и хлестких резюме,
ни резвого свинца, ни обнаженных лезвий,
как собственной родни, глаз больше не бздюме.
Питомец Балтики предпочитает Морзе!
Для спасшейся души - естественней петит!
И с уст моих в ответ на зимнее по морде
сквозь минные поля эх яблочко летит.
<1987>
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
