Если теория относительности подтвердится, то немцы скажут, что я немец, а французы — что я гражданин мира; но если мою теорию опровергнут, французы объявят меня немцем, а немцы - евреем
Тропикантный гибискус, губы – посуше Гоби…
Попугай-голодранец хохочет, долбясь о клетку.
Амазонку из крана глодает обрюзглый хоббит,
хоботистыми лапками-вафельные-салфетки-
мириады-морщинок тычась в коленки стенок.
Кран надрывно фырчит: «не насилуй-мя-умоляю».
Безсобачная дама, лёжа в постели (стерва),
то налево косит, то напра-вовкулакой лает.
Мандаринные корки по-мушьи грызут столовый
пото-лак, улыбаются луку под маринадом.
Прыгнув в обморок, лапкой бычки аккуратно ловит
комариха в укусах терпких парфума Прада.
Кот учёный, зубрилка рифм плотоядных импо..,
ищет цепь, изгваздав усы заграничным мылом.
За стеной раскладушка арпеджио тянет хрипло –
там, видать, батя Карло снова кого-то пилит.
Изумрудные ядра тары, «трусель» забытый
неизвестной особы Мэ, шапоклячьи патлы
парика, одинокий пельмень на сахаро-плитке,
«лось сохатый» – настенное граффити из помады,
презентованный сборник «with love from твоя Гаврила»,
телефон, голосящий гимном сэсэсээра,
на щеке – не понять – метка божья, засос вампира,
странный дух не то гари, не то заземлённой серы…
Амазонка мелеет в кране. Проклятый вечер
запоздало снимает голову по-английски.
И, понуро гладя лэптоп, приодетый в кетчуп,
муза шепчет: «Сегодня в Гоби цветёт гибискус…»
В оный день, когда над миром новым
Бог склонял лицо Свое, тогда
Солнце останавливали словом,
Словом разрушали города.
И орел не взмахивал крылами,
Звезды жались в ужасе к луне,
Если, точно розовое пламя,
Слово проплывало в вышине.
А для низкой жизни были числа,
Как домашний, подъяремный скот,
Потому, что все оттенки смысла
Умное число передает.
Патриарх седой, себе под руку
Покоривший и добро и зло,
Не решаясь обратиться к звуку,
Тростью на песке чертил число.
Но забыли мы, что осиянно
Только слово средь земных тревог,
И в Евангельи от Иоанна
Сказано, что слово это Бог.
Мы ему поставили пределом
Скудные пределы естества,
И, как пчелы в улье опустелом,
Дурно пахнут мертвые слова.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
