Я знаю человека! Слишком – «знаю»,
Пожалуй, лучше – «я знакома с ним»,
Кто, не смотря на возраст, всё летает,
Мне кажется, уже примерив нимб.
Не заземлён, не искалечен бытом,
«Творца избранник» - лучше не сказать!
В нём доброта и щедрость не убиты,
Он может всё принять и всё отдать.
Любовью награждён, обласкан Богом,
Он заслужил, он душу сохранил
От подлости, от злости, от подлогов,
Он жил, борясь, не по теченью плыл.
И сколько бы его не искушали,
Богиней для него была жена –
Хранительница счастья и печали,
И мудрости – всегда она одна!
Не жертву принесу, но помолюсь
Ни раз, ни два за красоту души,
За женщину его, за боль и грусть,
За то, что мудрым стать он не спешит,
За то, что сильный, терпеливый, добрый
И за дитя, что в нём ещё живет,
За то, чтоб для него ещё не скоро
Стал невозможным юности полёт!
Нас тихо сживает со света
и ласково сводит с ума
покладистых - музыка эта,
строптивых - музыка сама.
Ну чем, как не этим, в Париже
заняться - сгореть изнутри?
Цыганское "по-го-во-ри-же"
вот так по слогам повтори.
И произнесённое трижды
на север, на ветер, навзрыд -
оно не обманет. Поди ж ты,
горит. Как солома горит!
Поехали, сено-солома,
листва на бульварном кольце...
И запахом мяса сырого
дымок отзовётся в конце.
А музыка ахнет гитаркой,
пускаясь наперегонки,
слабея и делаясь яркой,
как в поле ночном огоньки.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
