Я не буду твоей никогда.
Ты не будешь моим,
И с другою уйдешь навсегда.
Я останусь с другим.
Я не буду твоей никогда.
Ты не будешь моим,
И с другою уйдешь навсегда.
Я останусь с другим.
Я останусь с другим. Не одна.
Так пройдет много зим,
Много лет… Расставанье – вода,
Та, с которой бежим…
Тот, с которым сбегу в никуда,
Клином вышибет клин
И подарит бесплатный мандат
На любовный трамплин.
Твой любовный трамплин, как нужда
В покоренье вершин.
Моему – высота не чужда,
Лишь бы был властелин.
Лишь бы был властелин на года,
С ним растопим камин,
И запретного вкусим плода,
И испробуем вин.
Мы испробуем вин, и вина,
Что страшней гильотин,
Испарится, иссохнет до дна.
Ну, а ты? Ты ж... один.
Приобретут всеевропейский лоск
слова трансазиатского поэта,
я позабуду сказочный Свердловск
и школьный двор в районе Вторчермета.
Но где бы мне ни выпало остыть,
в Париже знойном, Лондоне промозглом,
мой жалкий прах советую зарыть
на безымянном кладбище свердловском.
Не в плане не лишенной красоты,
но вычурной и артистичной позы,
а потому что там мои кенты,
их профили на мраморе и розы.
На купоросных голубых снегах,
закончившие ШРМ на тройки,
они запнулись с медью в черепах
как первые солдаты перестройки.
Пусть Вторчермет гудит своей трубой,
Пластполимер пускай свистит протяжно.
А женщина, что не была со мной,
альбом откроет и закурит важно.
Она откроет голубой альбом,
где лица наши будущим согреты,
где живы мы, в альбоме голубом,
земная шваль: бандиты и поэты.
1997
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
