Господь Бог человека из земли сотворил
И направил его белый свет осваивать,
Окружающий мир Он ему подарил,
Человек в этом мире стал жизнь обустраивать.
Над головой человека небес синева,
В водоемах искрятся лазурные воды,
Произрастает ковром под ногами трава
И не волнуют его никакие невзгоды,
Он ловил ловко рыбу в кристальных ручьях,
Фрукты ел, поглощая их сочность,
Бревна из леса таскал на плечах
И рубил для костра, узнавая их прочность,
И решил человек обо всём размышлять,
А не просто смотреть вокруг тупо.
Не приходится если в среде той алкать,
То мозги не напрячь свои, было бы глупо.
Услыхав шелест листьев, опадающих ниц,
Понял он что такое цикличность.
И прослушав внимательней пение птиц,
Осознал вдруг его мелодичность
Различая снежинки и капли дождя, –
Для него это стало сенсацией,
На банан, ему в темя упавший, глядя,
Он узнал ещё про гравитацию.
Подняв голову вверх, и хотел перечесть
Звёзды, что на тверди собираются.
Принял за светлячков, предложил им поесть,
Но на землю они не спускаются.
Тыщи лет человек копал звёздный архив,
Но мешали ему изучать эту грамоту:
Охота на дичь и одежды пошив
Из добытой им шкуры мамонта.
Сжалился над человеком Бог,
Не допуская личности деградацию,
Облегчая труды, человеку помог,
Подарив ему цивилизацию.
Шмотки в ГУМе его научил обретать,
Чтоб забыл об охоте он и о мамонтах,
Все напитки, продукты подсказал покупать
В громаднейших гипермаркетах.
Все проблемы затихли, заботы уплыли
От человека на долгие годы,
Но открываться пред ним не спешили
Новые тайны природы.
Много времени стало, но трудно мечтать
И не всё уж доступно глазу.
Возжелал человек, вдруг, всё в мире узнать,
Но, ни постепенно, а сразу.
И вот Бог к человеку проявил пиетет, –
Создал Он его новой формации:
В подарок ему преподнес Интернет
С потоком большой информации.
Человек от подарка того обалдел.
Захлебнувшись в таком раритете,
Тыща одну он ночь просидел
В том загадочном Интернете.
На тыща вторую ночь мышку швырнул,
Переполненный осведомлённостью,
Добрался к постели и крепко уснул
Со своей переутомлённостью.
Проснувшись к полудню, человек заскучал
И его обуяла досада, –
Интересы к познаниям он исчерпал
И в башке средь мозгов канонада.
Ведь все звёзды на небе давно сочтены,
Чудеса все давно уж открыты,
Труды человеку теперь не нужны
И мозги от познаний уж сыты.
Ужаснулся Создатель подаркам своим,
Прочитал Свой святой катехизис
Подсказал кое-что Ему херувим
И тогда сотворил Бог кризис.
Работы уж нет, не платят зарплату,
Магазины закрыты, торговля молчит,
Интернет отключили за неуплату,
Темнота по ночам и свет не горит.
Мрачны кризиса эти последствия –
Наступил нежелательный век.
И от масштабов такого бедствия
Опять обалдел человек.
Делать нечего, – от мыслей болит голова, –
Вспоминать стал свои он умения:
Для костра снова начал колоть он дрова,
Чтоб еду приготовить для самокормления.
Прошла снова тоска, не болит голова,
Вернулся задор к человеку с годами,
Восхищала его под ногами трава,
Любовался он снова на небе звездами.
В том-то и есть этот Божий секрет,
Что тоска негативна, печаль заразна,
Мир реальный мудрее, чем Интернет,
Всё, что естественно – не безобразно.
Спать, рождественский гусь,
отвернувшись к стене,
с темнотой на спине,
разжигая, как искорки бус,
свой хрусталик во сне.
Ни волхвов, ни осла,
ни звезды, ни пурги,
что младенца от смерти спасла,
расходясь, как круги
от удара весла.
Расходясь будто нимб
в шумной чаще лесной
к белым платьицам нимф,
и зимой, и весной
разрезать белизной
ленты вздувшихся лимф
за больничной стеной.
Спи, рождественский гусь.
Засыпай поскорей.
Сновидений не трусь
между двух батарей,
между яблок и слив
два крыла расстелив,
головой в сельдерей.
Это песня сверчка
в красном плинтусе тут,
словно пенье большого смычка,
ибо звуки растут,
как сверканье зрачка
сквозь большой институт.
"Спать, рождественский гусь,
потому что боюсь
клюва - возле стены
в облаках простыни,
рядом с плинтусом тут,
где рулады растут,
где я громко пою
эту песню мою".
Нимб пускает круги
наподобье пурги,
друг за другом вослед
за две тысячи лет,
достигая ума,
как двойная зима:
вроде зимних долин
край, где царь - инсулин.
Здесь, в палате шестой,
встав на страшный постой
в белом царстве спрятанных лиц,
ночь белеет ключом
пополам с главврачом
ужас тел от больниц,
облаков - от глазниц,
насекомых - от птиц.
январь 1964
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
