Проснётся гений удивленья, взгляда...
Защемит сердце, луч защемят тучи.
Я душу уроню, как камень ( ...amen)
в ветвистое колодце снов о бездне.
Я жизнь остановлю на той осенней смерти...
И выйду на простор - пустой и щедрый.
Пустой и щедрый, буду улыбаться,
как могут улыбаться небо, море,
пока вдруг не поймёшь: они зевают!..
... и страшно станет той,кто вдруг увидит,
что тень она ласкает и целует,
и этот страх иглой любви уколет,
коснётся только,лишь на миг какой-то,
успеет лишь уйти, уйти заставить
в простор, в сквозной пустой простор,
где пропадает
гений
у
дивленья
Бумага терпела, велела и нам
от собственных наших словес.
С годами притёрлись к своим именам,
и страх узнаванья исчез.
Исчез узнавания первый азарт,
взошло понемногу быльё.
Катай сколько хочешь вперёд и назад
нередкое имя моё.
По белому чёрным сто раз напиши,
на улице проголоси,
чтоб я обернулся — а нет ни души
вкруг недоуменной оси.
Но слышно: мы стали вась-вась и петь-петь,
на равных и накоротке,
поскольку так легче до смерти терпеть
с приманкою на локотке.
Вот-вот мы наделаем в небе прорех,
взмывая из всех потрохов.
И нечего будет поставить поверх
застрявших в машинке стихов.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
