У нашей усталой столицы стеклянная челюсть.
Ударишь в неё - и глубокий нокаут зимний.
Дома-людоеды нами давно объелись
И вертят усами антенн, это правда, скажи мне,
Что ими они посылают друг другу сигналы
О том, как паршиво живётся на белом свете?
Ты знаешь, вчера мне одна гадалка сказала,
Что время придёт и их разметает ветер,
Как бусины с ожерелий широких улиц,
И всё через тысячи лет превратится в уголь.
Но это потом, а пока, закатом любуясь,
Декабрь целует замерзшее небо в губы,
А ночью засыпет весь город толчёным мелом
Из трещины в облаках, не скрывая чувства.
...я вижу, как крыши домов набухают белым,
И мне от этого вида немного грустно.
Какой тяжелый, темный бред!
Как эти выси мутно-лунны!
Касаться скрипки столько лет
И не узнать при свете струны!
Кому ж нас надо? Кто зажег
Два желтых лика, два унылых...
И вдруг почувствовал смычок,
Что кто-то взял и кто-то слил их.
"О, как давно! Сквозь эту тьму
Скажи одно, ты та ли, та ли?"
И струны ластились к нему,
Звеня, но, ластясь, трепетали.
"Не правда ль, больше никогда
Мы не расстанемся? довольно..."
И скрипка отвечала да,
Но сердцу скрипки было больно.
Смычок все понял, он затих,
А в скрипке эхо все держалось...
И было мукою для них,
Что людям музыкой казалось.
Но человек не погасил
До утра свеч... И струны пели...
Лишь солнце их нашло без сил
На черном бархате постели.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
