утоптаны до асфальта тропинки в пустынном сквере
тебе по вере
мне шагами твои недоверия мерить
мне по мере
веры открытые двери
тебе в мои измерения слепо верить
сквозь асфальт перед сквером
прорастает озимый клевер
соизмерима с тобой его вера
соизверима со мной его мера
посчитаны по периметру сквера звёзды накаливания
я калиф на вечер
меняю перегоревшие
включаю поменянные
выклёвываю как журавль с тарелки
достаю как лис из кувшина
мечты
досыта твоими ими я закодирован
вшит
со щитом в shit
со щита на щит
проиндексирован
по периметру сквер вырезаю стрелками
от нуля до четвёртого четверти и до половины шестого
вою белугой
в Неву забредшей
с квадратурой круга
на рандеву
на кругатуру куба
навою тебя позову
будем вписывать Красную в Дворцовую
и бульвары в каналы вкружим
ввернём ну же
ты балтику я перцовую
обернём Финский Яузой
спрыгнем к фонтанам циркачкой-белкой
но
кончаются стрелки
на половине периметра
пустынного сквера
утоптанного тобой до асфальта мной до тебя
впитанными тобой очертаниями моих Times New Roman недоверчивых литер
терпи Питер
терпи
Мне понравилось это стихотворение, действительно понравилось.
Единственное, чего я немного не понял - зачем вот эти строки:
"[мечтами]вшит
со щитом в shit
со щита на щит
проиндексирован"
Не смог уловить эмоции или связи с остальным текстом.
Спасибо за отзыв. Знаете, мне тоже теперь - при пристальном прочтении - не все понятно (неблагодарное дело разъяснять, согласитесь). Возможно, ключевая фраза здесь: "... досыта твоими..."?
конечно,первое,что так и просится - "питерпимое" ;))
На самом деле - хорошее!..
пожалуй,даже очень ;)
С почтением а.е.
Вы правы (как я не додумал?!). И... спапсибо
да, да, да - очень! )))
Большое спасибо, Ирина!
я хочу потом подробнее, если будет время
концовка хороша
вообще вы приятно удивляете
буду надеяться. приятно слышать именно от Вас
Теперь в общем. Я рад, т.к. практически не надеялся. Рад, что есть надежда (хотя она - "самое большое зло"). Спасибо.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
А иногда отец мне говорил,
что видит про утиную охоту
сны с продолженьем: лодка и двустволка.
И озеро, где каждый островок
ему знаком. Он говорил: не видел
я озера такого наяву
прозрачного, какая там охота! —
представь себе... А впрочем, что ты знаешь
про наши про охотничьи дела!
Скучая, я вставал из-за стола
и шел читать какого-нибудь Кафку,
жалеть себя и сочинять стихи
под Бродского, о том, что человек,
конечно, одиночество в квадрате,
нет, в кубе. Или нехотя звонил
замужней дуре, любящей стихи
под Бродского, а заодно меня —
какой-то экзотической любовью.
Прощай, любовь! Прошло десятилетье.
Ты подурнела, я похорошел,
и снов моих ты больше не хозяйка.
Я за отца досматриваю сны:
прозрачным этим озером блуждаю
на лодочке дюралевой с двустволкой,
любовно огибаю камыши,
чучела расставляю, маскируюсь
и жду, и не промахиваюсь, точно
стреляю, что сомнительно для сна.
Что, повторюсь, сомнительно для сна,
но это только сон и не иначе,
я понимаю это до конца.
И всякий раз, не повстречав отца,
я просыпаюсь, оттого что плачу.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.