спиритический сеанс. Дух противоречия.
слово и воробей.
он говорил «Сильвестр Сталонне», а ей слышалось «в советской столовой»
девушка «Плебей 2009». Грудь, как пантомима дождя.
остывший мангал. Выбор из двух зол.
«V» означает Виктор.
змея усыновила червя. Червь усыновил вермишель.
одиночество в стакане.
утопия Муму.
тюрьма стихов.
анализ крови. Плачущий палец
* * *
бедность, как черта характера.
стоматолог Анатолий. Когда они виделись, она нежно называла его «стоматолик»
он говорил «анастезия - ради вас же», а ей слышалось «Анастасия, раздевайся»
отшучивался, что водит бормашину.
из записей следствия. Последнее, что он отбросил — тень.
она ходила на курсы валют...
интересненько
кружево просто словоигр, правда, я в нём немного запуталась(
"анастасия, раздевайся" - это супер
это без претензии на концепцию, просто поток ассоциаций и переделок)
спс, рад тебе!
Класс!
спасибо!
Интересно, типо записной книжки :)
ага!)
Оччень!
спасибо!
собственно, ради курсов валют писано. поэтому и сократить можно было б.
но - качественно, чо уж тут.
спасибо!
ничосе, какие люди
Интеренос было читать Ваш стих, Родион. Толи по стечению обстоятельств, то ли по неосозанной мной необходимости, задался целью най ти похожее. Нашел. Кумуляция образов (по Шкловскому-Топорову).
Мир архаики всегда живет в нас:) На уровне
подсознания. Важно знать предел кумулятивности. да. У вас все четко.
Замечательный стих.
спасибо на добром слове!
Можно растащить по врачам-специалистам.
Записки Отто Ларинголога
"он говорил "Сильвестр Сталлоне", а ей слышалось "в советской столовой"
"он говорил "анестезия - ради Вас же", а ей слышалось "Анастасия, раздевайся"
У Пети Атра
-Змея усыновила червя, червь усыновил вермишель...
-Дяденька, не усыновил, а удочерил!
-Ох уж эти детки!
и т.д.
врачи - это отдельная тема))
спасибо!
шиксово получилось,ассоциативно-приятно, с юмором. «Червь усыновил вермишель» -даааааа)))
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Спать, рождественский гусь,
отвернувшись к стене,
с темнотой на спине,
разжигая, как искорки бус,
свой хрусталик во сне.
Ни волхвов, ни осла,
ни звезды, ни пурги,
что младенца от смерти спасла,
расходясь, как круги
от удара весла.
Расходясь будто нимб
в шумной чаще лесной
к белым платьицам нимф,
и зимой, и весной
разрезать белизной
ленты вздувшихся лимф
за больничной стеной.
Спи, рождественский гусь.
Засыпай поскорей.
Сновидений не трусь
между двух батарей,
между яблок и слив
два крыла расстелив,
головой в сельдерей.
Это песня сверчка
в красном плинтусе тут,
словно пенье большого смычка,
ибо звуки растут,
как сверканье зрачка
сквозь большой институт.
"Спать, рождественский гусь,
потому что боюсь
клюва - возле стены
в облаках простыни,
рядом с плинтусом тут,
где рулады растут,
где я громко пою
эту песню мою".
Нимб пускает круги
наподобье пурги,
друг за другом вослед
за две тысячи лет,
достигая ума,
как двойная зима:
вроде зимних долин
край, где царь - инсулин.
Здесь, в палате шестой,
встав на страшный постой
в белом царстве спрятанных лиц,
ночь белеет ключом
пополам с главврачом
ужас тел от больниц,
облаков - от глазниц,
насекомых - от птиц.
январь 1964
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.