Струится свет через стекло –
причудлив, вычурен, хрустален.
Мир сжался до размеров спален.
Скончалось время, истекло.
Неярок он - полночный свет,
но всё в лучах его поблёкло.
К тому же он ещё и тёплый –
полночный, звёздно-лунный свет.
Струится сумрак по углам.
Со всех сторон крадутся тени.
Рисунок их переплетений
напоминает что-то нам.
А где-то капает вода,
мгновеньями вливаясь в Лету,
и мы невольно, слыша это,
спешим с тобою в никуда.
Как рыбы, уплывают дни
туда, где нет ни тьмы, ни света.
Свои особые приметы
давно утратили они.
Что вспомнить? Оклик на пути,
взгляд, брошенный вполоборота,
иль то трагическое что-то,
что побуждает нас уйти,
или любимые глаза,
что светят в душу с горных высей
и очищают наши мысли
от жирной, чёрной сажи зла?
Проистеченье наших лет
воспринимается всё проще…
Благословен, как шелест рощи,
полночный звёздно-лунный свет.
На тротуарах истолку
С стеклом и солнцем пополам,
Зимой открою потолку
И дам читать сырым углам.
Задекламирует чердак
С поклоном рамам и зиме,
К карнизам прянет чехарда
Чудачеств, бедствий и замет.
Буран не месяц будет месть,
Концы, начала заметет.
Внезапно вспомню: солнце есть;
Увижу: свет давно не тот.
Галчонком глянет Рождество,
И разгулявшийся денек
Прояснит много из того,
Что мне и милой невдомек.
В кашне, ладонью заслонясь,
Сквозь фортку крикну детворе:
Какое, милые, у нас
Тысячелетье на дворе?
Кто тропку к двери проторил,
К дыре, засыпанной крупой,
Пока я с Байроном курил,
Пока я пил с Эдгаром По?
Пока в Дарьял, как к другу, вхож,
Как в ад, в цейхгауз и в арсенал,
Я жизнь, как Лермонтова дрожь,
Как губы в вермут окунал.
Лето 1917
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
