Зачем влюбилась статная Брунгильда
в ефрейтора Фернандо Долбоеба?
(Фернандо, кстати, очень славный малый…)
Зачем насобирала пук нарциссов?
В любви, к несчастью, не бывает гидов.
Слезам не верит бабушка Европа,
как Лени Рифеншталь еще снимала
в одном известном фильме про нацистов.
Отец грустит… В раздумьях местный пастор
о смысле инфернальной диатрибы.
И плачет мать: «Послушайся нас, дочка!
Я верю, что судьба твоя иная!
К чему нам этот непонятный бастард?
А как же вюрсты, кирхен, кюхен, киндер?
Ведь Deutschland über alles! Наша Deutschland!»
Но поздно. Ничего не помогает...
***
По ком вздыхает юная Бианка,
которой в regione нету краше?
Ее избранник - Хулио Ибаньез
Кастильо Алехандро де ла Дупа, -
из принципа взаимного цугцванга,
(когда в итоге двое проигравших),
к кольцу с брильянтом подбирает палец,
с улыбочкой обглоданного трупа.
Один противник связи этой - отчим
Бианки. Он Ибаньеса не любит,
считает наркодилером и падлой:
«Зачем он из Америки поехал
сюда, когда своих красоток, в общем,
довольно там?.. Они ж другие люди,
и президент их – черное Diablo!»
Но Де ла Дупе дьябло не помеха...
***
Зачем тебе, красавица Крыстина,
галимый штукатур Засрацки Войтек?
Зачем ты пышно начесала челку,
и лоб себе намыла клерасилом?
Ведь у него ни медного алтына!
Узнает мать – заплачет, вскрикнет: «Вот те
и Юрьев день! Ну dziękuje ci, сórka...
Эх, родилась столь глупой, сколь красивой.»
Отец возмет бутыль себе на ужин,
и скажет: «Войтек, знай - не пара ты ей!
В кармане у тебя лишь хрен моржовый,
а в мире, сам же слышал - кризис аццкий…
Не спорю – хрен, похоже, Крысе нужен,
но этим хреном ты ей мозг и выел!
Ну посмотри на свой костюм грошовый!»
Однако непреклонен пан Засрацки...
***
Зачем же вы, Бианка и Крыстина,
а также ты, Брунгильда, что осталась,
вы - Маши, Оли, Кати и Настасьи -
мое проигнорировали имя?
Кохаетесь с какой-нибудь скотиной,
а у меня – двуспальная усталость,
а мне – дрочить на стареньком матрасе…
Та дiдько з вами… Слава Україні!
ну, вот, а то Макс говорит, что Ипы на сайте перевелись))))))))
двуспальная усталость - хахаха)))физик-фантазер ты наш)))
ну, время такое, непростое, иных уж нет, а я еще немного )))
а двуспальную усталось я давно придумал, хотя она у меня односпальная ))) Спасибо, Ириш )))
Всё мимо - нежный трепет рук,
И влажных губ, зардевшихся ланит.
Скажите, почему же этих сук
Не возбуждает имя Ипполит?
отче наш. за сук ответите.
Отче наверное хотел посочувствовать ЛГ, назвав его моим именем, но слегка обидел всех ЛГ и не только ЛГ женского полу )))
Теперь все эти Брунгильды устроят мне тёмную... под одеялом
думаю они надуются, а потом простят )))
Надувные Брунгильды?
это тема философская ))) Вообще, имена Брунгильда и Кунигунда официально рекоммендовались 3м рейхом чтобы называть детей-девочек не семицкими, а истинно германскими арийскими именами... Так что такое понятие, как надувная Брунгильда - это тот еще сюр, попахивает окопами Сталинграда )))
Ерзацфрау... сделано в 3-м Рейхе
Ипа, я вообще не могу комментировать твои творения. написать в стопервый раз, что ты неподражаем, а я пацталом? это будет слишком банально, но истинная правда)))
Спасибо, Ир ))) ДАже не знаю, что сказать )))
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Меня преследуют две-три случайных фразы,
Весь день твержу: печаль моя жирна...
О Боже, как жирны и синеглазы
Стрекозы смерти, как лазурь черна.
Где первородство? где счастливая повадка?
Где плавкий ястребок на самом дне очей?
Где вежество? где горькая украдка?
Где ясный стан? где прямизна речей,
Запутанных, как честные зигзаги
У конькобежца в пламень голубой, —
Морозный пух в железной крутят тяге,
С голуботвердой чокаясь рекой.
Ему солей трехъярусных растворы,
И мудрецов германских голоса,
И русских первенцев блистательные споры
Представились в полвека, в полчаса.
И вдруг открылась музыка в засаде,
Уже не хищницей лиясь из-под смычков,
Не ради слуха или неги ради,
Лиясь для мышц и бьющихся висков,
Лиясь для ласковой, только что снятой маски,
Для пальцев гипсовых, не держащих пера,
Для укрупненных губ, для укрепленной ласки
Крупнозернистого покоя и добра.
Дышали шуб меха, плечо к плечу теснилось,
Кипела киноварь здоровья, кровь и пот —
Сон в оболочке сна, внутри которой снилось
На полшага продвинуться вперед.
А посреди толпы стоял гравировальщик,
Готовясь перенесть на истинную медь
То, что обугливший бумагу рисовальщик
Лишь крохоборствуя успел запечатлеть.
Как будто я повис на собственных ресницах,
И созревающий и тянущийся весь, —
Доколе не сорвусь, разыгрываю в лицах
Единственное, что мы знаем днесь...
16 января 1934
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.