А он опять зовет меня в Париж
Бродить по улицам, пить кофе и молчать.
По нам тогдашним, ветреным, скучать
Поехали, поехали, малыш!
А я опять смотрю ему в глаза,
Ищу ответ, но там одни вопросы.
Нельзя, ты понимаешь, мне нельзя,
Сорваться, как бывало, мне не просто.
А он опять вопросы задает.
Молчу, молчу и вновь мешают руки.
Чего тебе еще не достает?!
Наверно я отравлена разлукой.
Наверно этот яд не победить,
Разлито в кровь и растворилось зелье.
Я буду жить, и, может быть, любить,
Опять бродить в Париже по аллеям.
Он мне не верит, он умен, упрям,
Он видит все, его не провести...
Не хочешь ты, тогда приеду сам,
Чтоб вырвать из беды тебя, спасти…
Разгуляется плотник, развяжет рыбак,
стол осядет под кружками враз.
И хмелеющий плотник промолвит:
«Слабак, на минутку приблизься до нас».
На залитом глазу, на глазу голубом
замигает рыбак, веселясь:
«Напиши нам стихами в артельный альбом,
вензелями какими укрась.
Мы охочи до чтенья высокого, как
кое-кто тут до славы охоч.
Мы библейская рифма, мы «плотник-рыбак»,
потеснившие бездну и ночь.
Мы несли караул у тебя в головах
за бесшумным своим домино
и окно в январе затворяли впотьмах,
чтобы в комнату не намело.
Засидевшихся мы провожали гостей,
по углам разгоняли тоску,
мы продрогли в прихожей твоей до костей
и гуляем теперь в отпуску...»
1990
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
