Не попадаю в такт сердечным ритмам,
дрожу, как пёс побитый под дождём,
а луч Луны - серебряная бритва -
пространство режет за моим окном
напополам: надежду, веру, радость,
очаг семейный, долг перед собой,
легко меняя целое на разность -
остаток, так сказать, почти сухой,
в котором соль от слёз седым налётом
виски мои красиво серебрит
и сердце обдаёт холодным потом.
…Судьба-алхимик, чокнутый спирит
давно мне льёт печали понемножку
за каплей каплю в чашу без краёв.
Глотаю боль, как ледяную крошку,
изрезав вдоль и поперёк любовь...
Симонов и Сельвинский стоят, обнявшись,
смотрят на снег и на танковую колею.
– Костя, скажите, кто это бьет по нашим?
– Те, кого не добили, по нашим бьют.
Странная фотокамера у военкора,
вместо блокнота сжимает рука планшет.
– Мы в сорок третьем освободили город?
– Видите ли, Илья, выходит, что нет.
Ров Мариуполя с мирными — словно под Керчью.
И над Донбассом ночью светло как днем.
– Чем тут ответить, Илья, кроме строя речи?
– Огнем, — повторяет Сельвинский. —
Только огнем.
2022
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
