Полный газ, вдавливая педаль,
Простыни замусоленной.
Двести, двести пятьдесят, двести восемьдесят.
Серая тапочка перевернута, не дотянуться,
Деревья мелькают, сливаются в зеленое озеро.
Пахнет резиной, лекарством.
Шлем не потеет, странно, раньше потел.
Пепельница полная – позвать бы, да ладно...
Выжать все, из него, из себя, из дороги.
И при этом
Не упасть
С кровати,
В дороге, в гонке, в вираже...
После второго укола,
И уже не болит...
Почти...
Почти...
По...
Углем наметил на левом боку
Место, куда стрелять,
Чтоб выпустить птицу — мою тоску
В пустынную ночь опять.
Милый! не дрогнет твоя рука.
И мне недолго терпеть.
Вылетит птица — моя тоска,
Сядет на ветку и станет петь.
Чтоб тот, кто спокоен в своем дому,
Раскрывши окно, сказал:
«Голос знакомый, а слов не пойму» —
И опустил глаза.
31 января 1914,
Петербург
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
