Неоправданно крепкий кофе.
Cortazar. «Foolish heart»
Полночь.
Без тебя, но... с тобой.
Греюсь, завернувшись в июль писем, словно бабочка в кокон.
Просто...
на губах - послевкусия горечь.
На душе - листопад.
Осень...
Лепестки хризантем - в выси белоснежною стаей.
Вроссыпь..!
Так и писем моих листья в сны твои - тишиной ночи,
негой «лю...» на листок белый.
Акварельною птицей в небе, вдруг слетевшей мазком с кисти и парящей звездой в Деве.
От свечи огонек беглый в твои сны - миражом, сказкой,
той.., в которой ты верил в чудо,
той.., в которой журавлик счастья, нами сложенный оригами, улетая, кричал громко:
«...обязательно все еще будет..!»
Обязательно кобальт ночи с многоточьями амальгамы
разрисует художник - время в ярко-летний аккорд красок,
ливнем чувств, органзой радуг окропит, забинтует раны!
Обнаженною тайной писем обесцветит каприз масок.
Как мне хочется взять в руки и обнять это небо!
Нами... не дописано наше лето, не досказана наша повесть...
Белый лист в твои сны... - двери!
Незнакомкой - в твои ночи!
Заклинанием!
Криком!
Воплем!
С пересохших губ мантрой - «Ты есть..!»
Неоправданно горький кофе.
Листья писем...
Сентябрь.
Полночь.
...и сентябрь неоправданно крепкий
в паутинки закутан, как в блистер
внучкой, бабкой и дедкой за репку
я держусь за его листья
я держусь за твои строчки
и надеюсь, что есть у них корни
многоточия - нет, не точки -
равноденственной Оси шкворни...
отозвалось контрастно,
а у вас так много нежности...
Красиво отозвалось...
..."Много нежности...", потому, наверное, что строки эти писаны ею да еще... глупым сердцем...
Безмерно благодарна.
Хорошо, Оль!
Мне радостно это услышать.)
Спасибо, дорогая.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Я из земли, где все иначе,
Где всякий занят не собой,
Но вместе все верны задаче:
Разделаться с родной землей.
И город мой — его порядки,
Народ, дома, листва, дожди —
Так отпечатан на сетчатке,
Будто наколот на груди.
Чужой по языку и с виду,
Когда-нибудь, Бог даст, я сам,
Ловя гортанью воздух, выйду
Другим навстречу площадям.
Тогда вспорхнет — как будто птица,
Как бы над жертвенником дым —
Надежда жить и объясниться
По чести с племенем чужим.
Но я боюсь за строчки эти,
За каждый выдох или стих.
Само текущее столетье —
На вес оценивает их.
А мне судьба всегда грозила,
Что дом построен на песке,
Где все, что нажито и мило,
Уже висит на волоске,
И впору сбыться тайной боли,
Сердцебиениям и снам —
Но никогда Господней воли
Размаха не измерить нам.
И только свет Его заката
Предгрозового вдалеке —
И сладко так, и страшновато
Забыться сном в Его руке.
1984
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.