Не знаю я, где это было, не помню в каком году…
Вещала слепая цыганка: «…Сей город сгорит в аду…
Я слышу правителя речи, в них каждое слово обман…
Задуют здесь души как свечи, и запылает храм…»
«Да что ты там, старая, мелешь! Закрой свой поганый рот!
Правитель наш – честный самый, хвала ему и почёт!
Ты бредишь, сама не зная – цветёт на дворе весна,
И улыбаются девы, и реки текут вина…»
А та всё не унималась: «…Кровавые реки текут…»
И плюнули, и отвернулись… А может потом сожгут…
А город? Его нет на карте - разграблен и стёрт с земли…
Лишь тлеют воспоминанья, что выжили и ушли…
И много в истории будет - войн, катастроф, разрух..,
Детей на панель сошедших и знающих всё старух,
И много погибнет невинных, и будут бороться за власть…
Но будут ещё и Люди, кому не судьба пропасть,
Что выдержат, вымолят, смогут Любовь пронести сквозь бред.
И Бог им, конечно, поможет, и Дьявол вздохнёт им вслед…
Не должен быть очень несчастным
и, главное, скрытным...
А. Ахматова
Я ждал автобус в городе Иркутске,
пил воду, замурованную в кране,
глотал позеленевшие закуски
в ночи в аэродромном ресторане.
Я пробуждался от авиагрома
и танцевал под гул радиовальса,
потом катил я по аэродрому
и от земли печально отрывался.
И вот летел над облаком атласным,
себя, как прежде, чувствуя бездомным,
твердил, вися над бездною прекрасной:
все дело в одиночестве бездонном.
Не следует настаивать на жизни
страдальческой из горького упрямства.
Чужбина так же сродственна отчизне,
как тупику соседствует пространство.
1962
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
