Ты можешь себе представить, что где-то в центре Земли,
Где навсегда поселились бумажные журавли,
Есть странный крошечный город без солнца и без луны,
Без радости и печали, без осени и весны.
Там вечное пониманье одно на все времена,
И гадкая безнадёга тоже на всех одна.
Какой-нибудь умник скажет, что всё это ерунда,
Но только однажды утром в город придёт среда,
В прокуренной электричке заплачет «Ланфрен-ланфра»
Бедный студент с гитарой тебе возвращая «вчера».
И вмиг поседеет небо, и в Богом забытом сне
Жестокая память отыщет «птаха, лети ко мне».
И станешь кричать молитвы своим и чужим святым,
Чтоб выстрел, который в сердце, прикинулся холостым,
И было не очень больно, и даже хватило сил
На то, чтоб сейчас же кто-то из прошлого воскресил,
И, как ни в чём не бывало, даря в поцелуях «да»,
Прощаться, как будто, до завтра, зная, что навсегда.
В полдневный жар в долине Дагестана
С свинцом в груди лежал недвижим я;
Глубокая еще дымилась рана;
По капле кровь точилася моя.
Лежал один я на песке долины;
Уступы скал теснилися кругом,
И солнце жгло их желтые вершины
И жгло меня — но спал я мертвым сном.
И снился мне сияющий огнями
Вечерний пир, в родимой стороне.
Меж юных жен, увенчанных цветами,
Шел разговор веселый обо мне.
Но в разговор веселый не вступая,
Сидела там задумчиво одна,
И в грустный сон душа ее младая
Бог знает чем была погружена;
И снилась ей долина Дагестана;
Знакомый труп лежал в долине той;
В его груди дымясь чернела рана,
И кровь лилась хладеющей струей.
1841
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
