где-нибудь там она обживает место
маленький домик доставшийся по наследству
маленький садик проросший насквозь сиренью
маленький крестик на белой её груди
где-нибудь там до/после церковной мессы
девочка плачет под звуки её свирели
маленький город жители озверели
маленький мир
не трогай
не подходи
где-нибудь там ей снится конец романа
что не прочитан и брошен в шестом вагоне
снится что жизнь пройдет и её не тронет
не дотянуться
выпить
переболеть
где-нибудь там она произносит «мама»
глупой принцессой падая в пасть драконью
и просыпаясь утром берет свирель
где-нибудь здесь ни бога ни оберегов
город без сна сирень не цвела веками
где-нибудь здесь принцесса устав от бега
белой веревкой к себе привязала камень
кто-то назвал принцессу ненастоящей
мол стрижка дурна и на платье неровный шов
ну и зачем огромный крылатый ящер
за этой ненастоящей тогда пришел
там её утром будят колокола
здесь не уснуть тем более не проснуться
руки принцессы словно у куклы гнутся
песни принцессы не побеждают зла
________________________________________
Когда выпадет снег, перемелется боль, перепишется стих.
Когда выпадет снег, давно умерший друг прилетит погостить,
Перехочется ждать, пересмотрится фильм, пересбудутся сны.
Когда выпадет снег, я останусь одна у пробитой стены.
Пробираясь в дыру, проползая в нору, забывая дышать.
Белый кролик несет мою глупую жизнь в своих мягких ушах,
Чтоб со шляпником петь его вечную песнь и заваривать чай.
И меня нет тогда, и меня нет теперь, и меня нет сейчас.
Когда выпадет снег, за стеной расцветут голубые сады,
И улыбчивый кот переделает сны в переменчивый дым.
У меня пять сердец, все с одной стороны, все стучат вразнобой –
Часовой механизм. В пять раз дольше дышать. В пять раз яростней боль.
Посылая письмо своей правой ноге, своей левой руке,
Я не буду собой, я не буду тобой, я не буду никем.
Когда выпадет снег, на дворцовых часах будет ровно «вчера».
И я падаю вверх: предо мною стена, подо мною нора.
такое впечатление, что выпадет снег и зацветут яблони в старом саду
и на фоне отмирания какого-то внутреннего неспокойного привидения - неожиданное ощущение, что нет покоя-то
что - иллюзия
что - в нору, а дальше - да что угодно дальше
ну а принцесса - прелюдия, что ли
только прелюдия к общему месту - так слышится
вот как-то так увиделось
извините. если что...
Да что Вы!
Спасибо)
Не по-комсомольски это: лет двадцать пять назад стих бы насмерть раскритиковали как идеологически вредный, как попытку увести читателя в иллюзорный мир и тем самым отвлечь его от насущных, так сказать, проблем выполнения пятилетки в четыре года. И слово вразнобой бы заставили слитно написать. Но мы-то ведь понимаем, что ящеры за кем попало не приходят... Есть такое понятие - "качественный контент", так вот это именно и есть тот самый качественный контент. Причем, и композиционно тоже - обе части соединены очень тонко, изящно, и отчетливо ощущается в этом переходе что-то рОковое, отчего первая часть диптиха выглядит эпиграфом, а вторая - песней. Вопсчим, прошу простить меня за сумбурность.
Хех:))
спасибо
тебе...
прочла сегодня твой ответ в ЖЖ, и поняла, что сны сбываются: сегодня мне приснились Энск, ты, холодные воды сибирской реки и корабль со стеклянной крышей. держу кулаки и отсчитываю дни:)
часть после чёрточек мне однозначно показалась гораздо сильней... очень с Кэрролом перекликается и эмоционально насыщена
во втором стихотворении вторая часть второй строчки прострелила навылет.
Очень круто, Аруна. От читателя - комплимент)))
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Видишь, наша Родина в снегу.
Напрочь одичалые дворы
и автобус жёлтый на кругу —
наши новогодние дары.
Поднеси грошовую свечу,
купленную в Риге в том году, —
как сумею сердце раскручу,
в белый свет, прицелясь, попаду.
В белый свет, как в мелкую деньгу,
медный неразменный талисман.
И в автобус жёлтый на кругу
попаду и выверну карман.
Родина моя галантерей,
в реках отразившихся лесов,
часовые гирьки снегирей
подтяни да отопри засов,
едут, едут, фары, бубенцы.
Что за диво — не пошла по шву.
Льдом свела, как берега, концы.
Снегом занесла разрыв-траву.
1988
2
И в минус тридцать, от конфорок
не отводя ладоней, мы —
«спасибо, что не минус сорок» —
отбреем панику зимы.
Мы видим чёрные береты,
мы слышим шутки дембелей,
и наши белые билеты
становятся ещё белей.
Ты не рассчитывал на вечность,
души приблудной инженер,
в соблазн вводящую конечность
по-человечески жалел.
Ты головой стучался в бубен.
Но из игольного ушка
корабль пустыни «все там будем» —
шепнул тебе исподтишка.
Восславим жизнь — иной предтечу!
И, с вербной веточкой в зубах,
военной технике навстречу
отважимся на двух горбах.
Восславим розыгрыш, обманку,
странноприимный этот дом.
И честертонову шарманку
во все регистры заведём.
1990
3
Рождение. Школа. Больница.
Столица на липком снегу.
И вот за окном заграница,
похожа на фольгу-фольгу,
цветную, из комнаты детской,
столовой и спальной сиречь,
из прошлой навеки, советской,
которую будем беречь
всю жизнь. И в музее поп-арта
пресыщенной черни шаги
нет-нет да замедлит грин-карта
с приставшим кусочком фольги.
И голубь, от холода сизый,
взметнётся над лондонским дном
над телом с просроченной визой
в кармане плаща накладном.
И призрачно вспыхнет держава
над еврокаким-нибудь дном,
и бобби смутят и ажана
корявые нэйм и преном.
А в небе, похлеще пожара,
и молот, и венчик тугой
колосьев, и серп, и держава
со всею пенькой и фольгой.
1992
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.