Давно это было, забытые всеми…
Как яблоки мы на деревьях висели
И прыгая вниз, к одиночеству тени
Царапали руки, сбивали колени
Ломались не судьбы, а кости и ветки
Попрятав от взрослых дурные отметки
Бежали куда-то, с толпою вприпрыжку
Не ведав ещё… про любовь и отдышку
Скрывали (что делать…) от мам и от дедов
Заныканый рубль, что дан для обедов…
Почти на неделю питания в школе
Но право не долго, всё тратилось вскоре
На встречи в кино, на пломбир с лимонадом
Что было тогда сорванцам ещё надо…
Когда грех один… из нелепых пороков
Сбежать от дежурства и нудных уроков
Манили дворы,… соблазняли качели
Уроки тянулись как будто недели
К чему тут котангенсы страны и атом
Когда неумело ругаешься матом…
А в школе опять недоверия тройки
Так душно… когда есть подвалы и стройки
Вдыхая науку в истлевшем дурмане
Запал от хлопушки, припрятав в кармане
Чтоб после бабахнуло в классе не мало
Когда бьёт учитель по толще журнала
А после… в сортире, для пущего веса
Линейки привет – дымовая завеса
О, да, это мы – кто учились на тройки
Счастливые дети… в век до перестройки
Давно это было… забытые всеми
Как яблоки мы на деревьях висели
Плывет в тоске необьяснимой
среди кирпичного надсада
ночной кораблик негасимый
из Александровского сада,
ночной фонарик нелюдимый,
на розу желтую похожий,
над головой своих любимых,
у ног прохожих.
Плывет в тоске необьяснимой
пчелиный хор сомнамбул, пьяниц.
В ночной столице фотоснимок
печально сделал иностранец,
и выезжает на Ордынку
такси с больными седоками,
и мертвецы стоят в обнимку
с особняками.
Плывет в тоске необьяснимой
певец печальный по столице,
стоит у лавки керосинной
печальный дворник круглолицый,
спешит по улице невзрачной
любовник старый и красивый.
Полночный поезд новобрачный
плывет в тоске необьяснимой.
Плывет во мгле замоскворецкой,
пловец в несчастие случайный,
блуждает выговор еврейский
на желтой лестнице печальной,
и от любви до невеселья
под Новый год, под воскресенье,
плывет красотка записная,
своей тоски не обьясняя.
Плывет в глазах холодный вечер,
дрожат снежинки на вагоне,
морозный ветер, бледный ветер
обтянет красные ладони,
и льется мед огней вечерних
и пахнет сладкою халвою,
ночной пирог несет сочельник
над головою.
Твой Новый год по темно-синей
волне средь моря городского
плывет в тоске необьяснимой,
как будто жизнь начнется снова,
как будто будет свет и слава,
удачный день и вдоволь хлеба,
как будто жизнь качнется вправо,
качнувшись влево.
28 декабря 1961
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
