я уезжаю. Теперь мы оба
пятками не ощущая шага,
время, как обувь, меняем, чтобы
чайки и прочая шняга,
чтобы потом заливать редбулом,
резать стихами, бросаться с пирса,
спрашивать: «В эту дыру от пули
что занесло, Вас, пирсинг?»
и создавая себе кумиров,
между крестами копая ямбы –
с мира по нитке вольфрама, миру
по узнику лампы.
я уезжаю. Печаль и ливни,
милая, что нам волна морская,
двери твои, как последние гривны
на ветер
сейчас
пускаю
Благодарю за каждую дождинку.
Неотразимой музыке былого
подстукивать на пишущей машинке —
она пройдёт, начнётся снова.
Она начнётся снова, я начну
стучать по чёрным клавишам в надежде,
что вот чуть-чуть, и будет всё,
как прежде,
что, чёрт возьми, я прошлое верну.
Пусть даже так: меня не будет в нём,
в том прошлом,
только чтоб без остановки
лил дождь, и на трамвайной остановке
сама Любовь стояла под дождём
в коротком платье летнем, без зонта,
скрестив надменно ручки на груди, со
скорлупкою от семечки у рта. 12 строчек Рыжего Бориса,
забывшего на три минуты зло
себе и окружающим во благо.
«Olympia» — машинка,
«KYM» — бумага
Такой-то год, такое-то число.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
