Мыслей жужжанье упорно главенствует в снах,
Ужасы в ночь перекинув из душного дня.
Видно, у бесов случился вселенский сходняк.
Кружится рой, упражняясь игрой в вензеля.
Понравилось, красивые образы... с "финишем" проблем не возникло :-)
Спасибо, дружище :)
ага-ага, интересно)
Спасибо, Таня!
...А у меня уже осень. Уже и дожди зарядили, и холодно... Тем с большим удовольствием обращаюсь к еще непрочитанному, но такому желанному в душе стихотворению «Лету». Возможно, осеннее настроение, сентиментальная настроенность и ностальгия по теплу не позволит быть объективным в полной мере, но я все таки попробую... Итак – стихотворение Владимира Круглова «Лету»
Ровный дактиль в спарке с жужжанием согласных в первом катрене выбрасывает меня не только из осеннего настроения, но и напрочь убивает ностальгию:
Мыслей жужжанье упорно главенствует в снах,
Ужасы в ночь перекинув из душного дня.
Видно, у бесов случился вселенский сходняк.
Кружится рой, упражняясь игрой в вензеля.
Напоминает мне начало фильма ужасов – жужжание комаров, черно-бело-серые тона, ночная лампа и душно... Такие образы рождаются именно в момент, когда хочется оттянуть ворот, глотнуть свежести, а ее нет... есть даже в ночи полубредовая жара. Комары и мухи, в полусне принимают чудовищные формы... бесовские формы... Что же будет дальше? Ой совсем не это ожидал увидеть, совсем не это настроение сопутствовало названию... ну чего уж теперь
Жужжание мух не исчезает... К нему добавляется уже дневная картина – серость ночи превращается в желтую жухлость дня... Картина из фильмов Сокурова... Музыки нет, есть шикарная работа звукооператора – треск цикад, шелест сухостоя, даже треск, шорох воробьев и мухи... Что-то тревожное... Даже опасное ...
Умом понимаю, что все правильно написано... Но вот с ощущениями вдруг случилась несладуха... «Орловский рысак» - округлое фонетическое звучание – яркий красивый образ, вдруг смазывает стройно-тревожную картину... Смыслово –безупречно. Фонетически – спорно... Выглядит так, что первые две строфы – чувственно-описательные, а последняя – заключительная, мнение автора... Автор вдруг уходит от описания, которое ему несомненно удалось просто мастерски и включает себя в стихотворение, философию, мнение, образность, чем – на мой взгляд, сильно сглаживает впечатление... Это такая индульгенция августу. Мол – сам себя наказал. Мне показалось это несколько нестройно философски – тут, в угоду самопроявления, убивается пейзажность работы. Хотя стихотворение «Лету» несомненно удачный эксперимент, позволяющий говорить об авторе как о мастере образности...
ИМХО
За сим, благодарю за внимание
С уважением и вниманием к автору и его творчеству
Алексей Кислицын
Благодарствую. Сказать, что растерян - ничего не сказать. Я долго собирался предложить одно из своих стихотворений на суд профессионального критика, ведь к поэтам себя не отношу - было интересно услышать обстоятельное мнение. Ценю ваш труд, все замечания учту, но с одним не согласен: к мастерам причислять меня слишком рано, я только учусь писать стихи. Если и есть удачные строки, они чистая случайность. Но все равно приятно. Спасибо. Был рад общению.
С уважением,
Владимир
С удовольствием прочитала Ваш обзор.
Респект!
С последними строчками господина Потрошителя - не согласен. Пейзажность, на мой взгляд, не может убиться ап самопроявление. Наоборот, и пейзажность, и самопроявление очень даже органично сочетаются и оттеняют друг друга. Ну нафиг нам безликая пейзажность, а? Я вот, к примеру, как ни старался, так от нее и не избавился. В подтверждение своих слов беру стиш в избранное, ибо он очень соответствует моему субъективному восприятию августа. Как говаривал старина Макаревич, "и осень начинается в июле внезапным увяданием садов". Спасибо автору, а особенно, господину Потрошителю.
Пейзажность в данном случае не безликая... Она прекрасна - в ней мастер... А работа замечательна - я об этом сказал :) Спасибо за внимание к работе и к моему скромному разбору...
Благодарю и вас, за избранность и проявленный интерес.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
И как он медлил, то мужи те,
по милости к нему Господней,
взяли за руку его, и жену его, и двух
дочерей его, и вывели его,
и поставили его вне города.
Бытие, 19, 16
Это вопли Содома. Сегодня они слышны
как-то слишком уж близко. С подветренной стороны,
сладковато пованивая, приглушенно воя,
надвигается марево. Через притихший парк
проблеснули стрижи, и тяжелый вороний карк
эхом выбранил солнце, дрожащее, как живое.
Небо просто читается. Пепел и птичья взвесь,
словно буквы, выстраиваются в простую весть,
что пора, брат, пора. Ничего не поделать, надо
убираться. И странник, закутанный в полотно,
что б его ни спросили, вчера повторял одно:
Уходи. Это пламя реальней, чем пламя Ада.
Собирайся. На сборы полдня. Соберешься – в путь.
Сундуки да архивы – фигня. Населенный пункт
предназначен к зачистке. Ты выживешь. Сущий свыше
почему-то доволен. Спасает тебя, дружок.
Ты ли прежде писал, что и сам бы здесь все пожог?
Что ж, прими поздравленья. Услышан. Ты складно пишешь.
Есть одно только пламя, писал ты, и есть одна
неделимая, но умножаемая вина.
Ты хотел разделить ее. Но решено иначе.
Вот тебе к исполненью назначенная судьба:
видеть все, и, жалея, сочувствуя, не судя,
доносить до небес, как неправедники свинячат.
Ни священник, ни врач не поможет – ты будешь впредь
нам писать – ты же зряч, и не можешь того не зреть,
до чего, как тебе до Сириуса, далеко нам.
Даже если не вслух, если скажешь себе: молчи,
даже если случайно задумаешься в ночи, -
все записывается небесным магнитофоном.
Ты б слыхал целиком эту запись: густой скулеж
искалеченных шавок, которым вынь да положь
им положенное положительное положенье.
Ты б взвалил их беду, тяжелейшую из поклаж?
Неуместно, безвестно, напрасно раздавлен - дашь
передышку дыре, обрекаемой на сожженье.
Начинай с тривиального: мой заблеванных алкашей,
изумленному нищему пуговицу пришей, -
а теперь посложнее: смягчай сердца убежденных урок,
исповедуй опущенных, увещевай ментов, -
и сложнейшее: власть. С ненавистных толпе постов
поправляй, что придумает царствующий придурок:
утешай обреченных, жалей палачей и вдов…
А не можешь – проваливай. Знать, еще не готов.
Занимайся своими письменными пустяками.
И глядишь, через годы, возьми да и подфарти
пониманье, прощенье и прочее. Но в пути
лучше не оборачивайся. Превратишься в камень.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.