День, раскаленный солнцем добела.
По улицам летят автомобили,
в зрачках людей желтеют купола
церквушки, в чьих стенах тебя крестили,
а нынче завершают отпевать
(ревущим не хватает кислорода).
Твой гроб – как односпальная кровать.
Бездомный клянчит медяки у входа.
II
Твоя могила в свежести своей
не уступает утренней газете.
Пылает солнце, а сказать верней,
земная люстра, в чьем слепящем свете
деревья глухо шелестят, скорбя;
и облака над нашими плечами
плывут неспешно, возомнив себя
причастными к сегодняшней печали.
III
Прислушайся к молчанию небес.
Как объяснить, что времени в обрез?
Нам, бедным, так немного остается.
Как объяснить, что жизнь идет и без
твоих шагов, чей звук не раздается
отныне в нашем доме поутру?
Смотри – листва деревьев на ветру
беснуется и заслоняет солнце.
Боясь расплескать, проношу головную боль
в сером свете зимнего полдня вдоль
оловянной реки, уносящей грязь к океану,
разделившему нас с тем размахом, который глаз
убеждает в мелочных свойствах масс.
Как заметил гном великану.
В на попа поставленном царстве, где мощь крупиц
выражается дробью подметок и взглядом ниц,
испытующим прочность гравия в Новом Свете,
все, что помнит твердое тело pro
vita sua - чужого бедра тепло
да сухой букет на буфете.
Автостадо гремит; и глотает свой кислород,
схожий с локтем на вкус, углекислый рот;
свет лежит на зрачке, точно пыль на свечном огарке.
Голова болит, голова болит.
Ветер волосы шевелит
на больной голове моей в буром парке.
1974
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
