Пересекаясь с понедельником
абстинентным синдромом,
предаешься бесцельно
высохшим кронам
мерзлых деревьев,
вымерзшим толпам
бледных людей.
Припечатываешь корону
из неоновых перьев
самой не новой из бл..ей.
Отражаешься кляксой
в рекламном проспекте:
Жизни нет!
Нет и смерти..
Выморачиваешь цели
щуря горизонт до кассы,
выцеливаешь щели,
суицидишь еле-еле,
на ночь
растягивая пассы..
А ноги вязнут
в асфальте вековом,
и пальцы зябнут за окном,
и девка, сплюнув на закат,
перемежает рифмой мат,
не забывая поминать
что спала с покойником.
Ведро за рукомойником,
хлеб за брюхом,
яблоко за Ньютоном-
катятся поминальным тоном
в какую-то подлую пропасть
из погасших глаз..
Грохочет сталью медный таз.
Карабарас.
Карабарас.
/Сэм/ 26.11.2007
Небо с немочью зубною
Спит в рентгеновском луче.
Ходит смерть моя за мною
С бормашиной на плече.
Боль проложена повсюду,
Не унять ее, паскуду,
Даже током УВЧ.
Ночь у лавочки табачной
Темной болью проливной.
Кроме жизни неудачной,
Нет надежды под луной.
Свет неоновый по коже –
Нынче в жизни непогоже,
В горле горькая вода.
Я друзей моих, похоже,
Не увижу никогда.
Есть у смертного обуза
В виде спелого арбуза
Под картузным козырьком,
С неподвижным языком.
И лицо его былое
На живых глядит в поту,
Словно сердце нежилое
Отражается во рту.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
