какой долбанный аист
принёс меня?
мама, знаешь?
малиновые перья,
побитая молью печень
и вечно раскрытый клюв…
- он бьётся во мне, прощаясь,
проститься не может,
rubbish!
ведь в небе – промозгло-серо,
ведь в гнёздах укрыться нечем,
под крышей отнюдь не лувр
какой нелюдимый столяр
склепал меня,
встал на стрёме,
чтоб папа стал папа-снайпер,
чтоб был невредимым – воин,
не треснул чтобы арбуз?
знать, дьявол давал пароли,
знать, ангел забылся в коме,
шипучим шампанским кратер
извергся – и пил запоем
сироп этот терна куст
какой неумёха-повар
лил уксус
в мои пельмени,
кормил меня пуповиной,
мыл фарш в плодовитых водах,
размазал меня икрой?
… и плевел так много в плове,
как в пиве бродячем – пены,
как в лёгких офелий - тины…
о Боже, ты был – тот сводник?
о Боже, скажи, - на кой?
На четверых нетронутое мыло,
Семейный день в разорванном кругу.
Нас не было. А если что и было –
Четыре грустных тени на снегу.
Там нож упал – и в землю не вонзится.
Там зеркало, в котором отразиться
Всем напряженьем кожи не смогу.
Прильну зрачком к трубе тридцатикратной –
У зрения отторгнуты права.
Где близкие мои? Где дом, где брат мой
И город мой? Где ветер и трава?
Стропила дней подрублены отъездом.
Безумный плотник в воздухе отвесном
Огромные расправил рукава.
Кто в смертный путь мне выгладил сорочку
И проводил медлительным двором?
Нас не было. Мы жили в одиночку.
Не до любви нам было вчетвером.
Ах, зеркало под суриком свекольным,
Безумный плотник с ножиком стекольным,
С рулеткой, с ватерпасом, с топором.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
