Весь. Зима. И я простужен,
Заплетен, завыт, завьюжен.
Свет свят с проседью.
Солнце силилось до осени
И сдалось на милость
Синим льнам
Льда.
Елеем прольясь, еле-еле
Ленивые взмахи метели.
Лунных крыльев лёт лют,
Как крестный ход лет.
Ковыляют вьюги от вехи к вехе;
Кони дики, кони пеги,
Влачат звонкие вериги
По погостам завороженным,
Снега путами стреножены;
Хрупают нехотя,
С всхрапами,
C охами,
Ледяной ковыль -
Неба синюю стыль
Шалый мороз
Зыбку качал,
По имени-отчеству звал-величал:
- Усни со мой, позабудь печаль.
Нем я был.
Дрёма ли, быль?
Я на крыше паровоза ехал в город Уфалей
и обеими руками обнимал моих друзей —
Водяного с Черепахой, щуря детские глаза.
Над ушами и носами пролетали небеса.
Можно лечь на синий воздух и почти что полететь,
на бескрайние просторы влажным взором посмотреть:
лес налево, луг направо, лесовозы, трактора.
Вот бродяги-работяги поправляются с утра.
Вот с корзинами маячат бабки, дети — грибники.
Моют хмурые ребята мотоциклы у реки.
Можно лечь на теплый ветер и подумать-полежать:
может, правда нам отсюда никуда не уезжать?
А иначе даром, что ли, желторотый дуралей —
я на крыше паровоза ехал в город Уфалей!
И на каждом на вагоне, волей вольною пьяна,
«Приму» ехала курила вся свердловская шпана.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
